У. Сарбагишев, С. Абдужалилов, Б. Алимбаев в сольных партиях балета «Чолпон»


Кадр из кинофильма «Чолпон — утренняя звезда». В ролях: Нурдин—У. Сарбагишев, джин — С. Абдужалилов.Кадр из кинофильма «Чолпон — утренняя звезда». В ролях: Нурдин—У. Сарбагишев, джин — С. Абдужалилов.

Блестящее исполнение сольных партий балета «Чолпон»


Партию Нурдина в последней сценической редакции балета ведет Уран Сарбагишев. Нурдин-Сарбагишев — характер не обычный. Ханский сын, полюбивший простую девушку, нарушает тем самым мрачный обычай старины.

Артист создает поэтический образ юноши, которому чужды расчетливость и спесивая гордость именитых предков.

Чувство Нурдина беспредельно. В то же время волшебная злая сила, затемняющая сознание, вызывает в его душе разлад. Но он вступает с ней в единоборство и выходит победителем.

В танце У. Сарбагишева покоряет искренность. Его движения лишены ложной патетики и внешней красивости. Все, что делает артист, естественно и логично. Это мы ощущаем в мощном прыжке, энергичном шаге, скупом жесте. И еще одно качество, которым У. Сарбагишев наделяет своего героя — это сила, которая помогает ему справиться с врагом.

Из ансамбля балета не выпадают и другие исполнители, в частности С. Абдужалилов (джин). Артисту удалось создать облик верного служителя злой воли волшебной властительницы. Он кружится перед ней волчком, заискивающе заглядывает в глаза, беспрекословно соглашается совершить злодеяние.

Несколько позднее в этой же партии выступил артист Б. Алимбаев, мастерство которого неуклонно растет. Как танцовщик он обладает стройностью и пластичностью, подвижностью и гибкостью. От партий второго плана он перешел к исполнению ведущих ролей.







Блестящее исполнение сольных партий балета «Чолпон» является показателем зрелости, которой достигло киргизское танцевальное искусство. Однако балетный спектакль немыслим без кордебалета. Можно сказать, что впервые массовые танцы, как того требует балетное представление, по-настоящему развернулись именно в этом спектакле. Этих танцев в «Чолпон» довольно много. Уже в первой картине многочисленная свита Айдай исполняет танец, основной мотив которого — выражение покорности могущественной владычице. Во второй картине эта же свита исполняет воинственный танец. Затянутые в черные трико, с пиками в руках они производят впечатление мрачной силы. Две темы — покорности и воинственности отличают групповые танцы приближенных волшебницы Айдай. Для этих танцев характерны резкие движения, стремительные прыжки, чеканные ритмы.

Всему этому противопоставлен заключительный массовый вальс, поражающий своей легкостью, светлой гаммой красок, обилием солнечного света, ощущением жизнерадостности. На месте мрачного волшебного дворца вырастает чудесный сад. На фоне цветущих деревьев молодежь в парном танце выражает радость жизни.

Основанный на национальных мотивах, вальс отличается необыкновенной плавностью, легкостью, пластично выражает общую радость и счастье.

Не выпадает из архитектоники спектакля и массовая сцена второй картины — церемония показа невест. Каждая из них раскрывает свой темперамент — то бурную страсть, то тихую нежность, то покорность, но все вместе в ритмически согласованном танце выражают то, что объединяет их всех — любовь, желание оказаться избранницей.

Завершается эта сцена бегством разгневанных ханов после того, как Нурдин отклоняет всех невест. Бегут даже те, кто только недавно сохранял степенность и важность. И в этой детали режиссерского замысла много иронии, развенчивающей спесивых и гордых ханов. Сцена колоритна, поставлена изобретательно, хотя в ней ощущается недостаточно выразительная музыкальная характеристика.

Рейне Чокоева и Бибисара Бейшеналиева в образе Айдай

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 0