Попытка первых подводных археологических исследований древних памятников на дне Иссык-Куля


Туркестанский генерал-губернатор К. П. фон Кауфман

Несбыточные мечты губернатора Кауфмана


Туркестанский генерал-губернатор К. П. фон Кауфман не забыл письма, с которым обратился к нему спустя несколько лет после путешествия на Иссык-Куль Петр Петрович Семенов, ставший уже признанным ученым, фактически главой Русского географического общества. П. П. Семенов, указав на подводные находки кыргызов с Иссык-Куля, отмечал их несомненную научную ценность и призывал разыскивать предметы старины, сосредоточив их в музее, который обязательно должен быть открыт в Ташкенте.

В канцелярии туркестанского генерал-губернатора хранились составленная еще в 1856 г. по просьбе Чокана Валиханова записка купца Исаева, не раз ходившего с каравае нами через Иссык-Куль в Восточный Туркестан в 1820-х годах. Купец упоминал о неких подводных развалинах в Тюпском заливе, справа от впадения реки в озеро.

«Видимые в воде здания складены из камня, —читаем в записке, —только надобно заехать на лошади сажень до двухсот. Сказывают эти жители о сих зданиях, что будто бы город тут величайший, и сделалось наводнение и будто бы не было до этого тут озера». И конечно, приводились кыргызские легенды об образовании озера. Кауфман мало придавал им значения. Другое дело письмо просвещенного сановника П. П. Семенова! Да к тому же, и военный губернатор Семиреченской области Г. А. Колпаковский упорно настаивает на том же и древние вещи присылает в подтверждение, да большинство из-под воды!

Объезжая по делам службы свои владения, Г. А. Колпаковский в 1869 г. посетил Иссык-Куль. Рассказывали, что он заставлял первых русских поселенцев и казаков высаживать вдоль дороги деревья, а кто ослушничал — тут же наказывал плетьми; Мужики терпели, ворчали, но, аккуратно высаживали положенное количество саженцев, которые через несколько лет превратили трассу по северному берегу Иссык-Куля в сплошной зеленый туннель.

Вернувшись из поездки в областной центр — г. Верный, Колпаковский направил в Ташкент записку, которая в ноябре 1869 г. была зачитана на собрании членов-учредителей Среднеазиатского ученого общества (еще до его официального открытия). В записке говорилось о древних «предметах, найденных в юго-восточной части Иссык-Куля, доказывающих существование в прежние времена на этом месте города». Тогда же Колпаковский направил и краткую информацию в «Известия Русского географического общества» с описанием виденной им под водой обширной площадки, которая, как писал он, будто специально устлана кирпичами, обломками посуды и костями.

Там же видел он под водой и каменное изваяние.

Колпаковский был инициативным чиновником и не ограничивался только служебным рвением. Круг его интересов распространялся и на научное освоение края. Он ежегодно посещал Иссык-Куль, постоянно интересовался древностями его, собирал случайно найденные предметы старины. 3 ноября 1871 г. военный губернатор направляет К. П.Кауфману очередной рапорт следующего содержания: «В последнюю поездку в южную часть Семиреченской области приобретены мною две археологические вещи и две серебряные монеты найденные на берегу Иссык-Куля».

Это были: большая медная чаша, обнаруженная кыргызами в устье р. Сары-Булак, при впадении ее в озеро (на северном берегу), и медная чаша с арабской вязью, найденная в устье р. Койсу на южном берегу и подаренная генералу сарыба-гышским манапом Уметалы. Переводчик при туркестанском генерал-губернаторе, знаток местных обычаев и наречий Ш. М. Ибрагимов сделал перевод арабской надписи на чаше: « Весенние дни доставляют нам счастье. О водонос! Дай мне, оживляющей влаги... Похожий на розу напиток сосуду красу придает, подобно, тому, как роса оживляет тюльпан. Жизнью считай то время, которое смертным дает наслажденье».

Чаши, несомненно относились к давно ушедшему средневековью и были, по всей вероятности, изготовлены в период Караханидов, правивших на территории Кыргызстана в X — XII вв. из столицы Баласагун, развалины которого раскапывают сейчас наши археолога близ города Ток-мака, что в 60 км восточнее Бишкека.

Г. А. Колпаковский предлагал К. П. Кауфману организовать научные изыскания на Иссык-Куле, возложив их на молодого ученого-натуралиста А. П. Федченко. Вообще загадочность Иссык-Куля с каждым днем увеличивается и побуждает меня, — писал он, — вновь заявить мысль о необходимости исследований. Затруднения относительно устройства судна по возможности устранимы. Ожидая на Иссык-Куле г. Федченко, я распорядился об устройстве небольшого парусного судна, которое уже приведено к концу. Кроме того, для этой же цели одним частным лицом устроен восьмивесельный катер. Затем, для полноты предприятия недостает водолазного аппарата, приобретение которого посредством частных средств более чем сомнительно».







К. П. Кауфману в целом предложение Г. А. Колпаковского понравилось, и 10 ноября он накладывает на его письме резолюцию следующего содержания: «Вещи: котел или большую чашу и малую чашу хранить здесь для будущего музея... Что касается до водолазного аппарата (скафандра), то выписать можно не иначе, как с мастером, а потому просить свиты его величества генерал-майора Зверева, строителя Кронштадта, не может ли он поручить кому-либо собрать сведения, кто будет строить прибор наиболее прочный и на каких условиях можно найти охотника пожаловать сюда и заняться исследованиями».

Заинтересовавшись в определенной мере находками и сознавая возможность прослыть покровителем наук в крае, К. П. Кауфман рьяно взялся за приобретение подводного аппарата и поиски водолаза.
Попытка первых подводных археологических исследований древних памятников на дне Иссык-Куля

В свое время, просматривая документы архива канцелярии туркестанского генерал-губернатора, мы обнаружили дело «Об археологических находках на озере Иссык-Куль, приобретений водолазного аппарата и найме водолазов для подводных исследований в Иссык-Куле. Описание скафандра», датированное 15 ноября 1871 г. —20 октября 1873 г. Оказалось, что более ста лет тому назад была предпринята попытка первых подводных археологических исследований древних памятников на дне Иссык-Куля — поселения и городищ. Насколько это удалось, увидим ниже.

После настойчивых предложений Г. А. Колпаковского предварительного официального уведомления К. П. Кауфман пишет строителю Кронштадтской крепости Константину Яковлевичу Звереву письмо с просьбой помочь в организации исследования подводных тайн Иссык-Куля.

«Озеро Иссык-Куль,— писал он,— находящееся в пределах Семиреченской области, представляет собою весьма богатый материал для археологических исследований. Найденные на дне сего озера и рек, в оное впадающих, в разное время древние вещи свидетельствуют, что местность, где находится озеро Иссык-Куль, была совсем в иных условиях, чем в настоящее время... К сожалению, археологические находки так еще бедны, ибо добываются случайно, не интересующимся кочевым населением, и при том так разнообразны, что не представляют еще данных к какому-либо выводу...» И туркестанский генерал-губернатор просит кронштадтских специалистов содействовать в приобретении необходимого водолазного скафандра и привлечении специалистов-водолазов. «При этом,— пишет Кауфман,— главным образом нужно принять во внимание, что так как цель приглашения такого мастера составляют по преимуществу археологические изыскания, то в данном случае необходим человек развитый, способный, сильный и непьющий».

Поскольку отечественных водолазных приборов и костюмов, соответсвующих особым условиям и археологическим задачам, не было, Зверев, получив предварительно описание нескольких рекламных образцов Парижской выставки, спрашивал, а не закупить ли их за границей, где «в устройстве скафандров произведены значительные улучшения», но все они стоили немалых денег. Так, один из предложенных усовершенствованных французских водолазных приборов с регулирующимся воздушным резервуаром, называемым «искусственными легкими», отмеченный Золотой медалью на Всемирной Парижской выставке 1867 г., стоил 1625 рублей — сумма по тем временам преогромная!

В Ташкент направляется подробное описание скафандра с рисунками. Но..., как нередко бывало в истории, в конечном итоге денег именно на приобретение аппарата и приглашение водолаза не оказалось. Парусник неожиданно затонул, А. П. Федченко в намеченное время не приехал. И благие намерения так и остались неосуществленными. Лишь архивное дело свидетельствует о несбывшихся мечтах губернатора.

Чигу — Мекка исследователей Прииссыккулья

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 0