Особенности первого этапа восстания кыргызов 1873—1876 гг.


Особенности первого этапа восстания кыргызов 1873—1876 гг.

Народно-освободительный и антифеодальный характер восстания


Кончился первый этап восстания, имевший некоторые свои особенности, о чем скажем ниже. Здесь лишь отметим, что рассматриваемый период восстания продолжался около полутора лет. Выступления повстанцев носили локальный и стихийный характер. Они возникали то в одном то в другом районе южной части Кыргызстана.

Восстание имело широкий размах и отличалось своей массовостью. В нем принимали участие 42 кыргызских рода, составлявшие 132500 юрт , т.е. все население южных районов Кыргызстана. Нередко число участников выступления достигало 10 тысяч и более человек Восстание охватило широкие слои трудящихся. Его движущую силу составляли кыргызские скотоводы и земледельцы, томившиеся под двойным гнётом. Выступлением трудящихся руководили выходцы из народа. Правда, в восстании принимали участие некоторые представители феодальной знати, по-своему недовольные ханской властью Коканда. Но они не имели такого влияния, как на втором этапе восстания.

На первом папе восстание носило ярко выраженный народно-освободительный и антифеодальный характер. Егo причиной являлся феодально-ханский гнет кокандского правителя и его чиновников. Острие выступления повстанцев было направлено прогни господства Кокандского ханства. Участники восстания захватывали кокандские крепости, находившиеся на юге Кыргызстана, разрушали их, уничтожали представителей ханской власти.

Хотя на первом этапе восстание имело широкий размах, но оно ограничивалось рамкой южных районов Кыргызстана и лишь отчасти, да и то редко, перекидывалось на территорию Узбекистана. И в 1873—1874 гг. узбекские трудящиеся, обездоленные и разоренные кокандскими ханами и их чиновниками, сочувственно и с симпатией относились к восставшим кыргызам. Они оказывали им возможную помощь и поддержку, а в ряде случаев принимали активное участие в их выступлениях. Этого не могли отрицать даже высокопоставленные чиновники, следившие за ходом восстания и поддерживающие кокандского хана, против которого боролись повстанцы. Вот что сказано по этому поводу в секретном рапорте туркестанского генерал-губернатора от 31 июля 1873 г.: "Очень сомнительно, чтобы Худояр-хан нашел много сторонников, так как и оседлое (узбекское — К.У.) население ожесточено против него сильными поборами, которые с каждым годом увеличиваются, и доброжелательно смотрит на возникшие беспорядки", т.е. восстание кыргызов. В рапорте генерал-лейтенанта Колпаковского от 10 июня 1874 г. подчеркивается: "Кипчаки и кара-кыргызы, старые враги ханской власти в Коканде, нашли себе союзников в среде населения городов и даже между приближенным властителя Коканда". А 21 сентября 1874 г. этот царский чиновник, подтверждая свое предположение, писал: "Волнение между кочевниками (кыргызами—-К.У.) нашло себе отголосок и в среде оседлого (узбекского—K.У.) народонаселения, недовольного жестокими и чрезмерными поборами хана".






Поддержка восставших кыргызов узбекским трудовым населением еще ярче видна из секретного донесения того же Колпаковского от 4 сентября 1874 г. В нем читаем: "В городах Коканде и Андижане сильные волнения. Ожидают только прихода кыргызов, чтобы присоединиться и свергнуть Худояр-хана. Подобные же сведения содержатся в рапорте царского чиновника Вейнберга и других официальных архивных документах. Итак, на первом этапе восстания, вопреки желаниям феодальной знати и несмотря на политику правителей Кокандского ханства и местных феодалов, разжигавших национальную вражду между братскими народами, проявилась солидарность трудящихся кыргызов и узбеков, которая сплачивала и объединяла трудовое население в борьбе за социальную и национальную свободу.

И на этом этапе восстание находило поддержку со стороны кыргызов, находившихся под властью царской России.

Бывали случаи, когда их представители принимали участие в открытых выступлениях повстанцев. И.о. туркестанского генерал-губернатора ген.-лейтенант Колпаковский больше других чиновников был осведомлен о данном восстании и с тревогой подчеркивал: «Постоянные волнения в ханстве отзываются и на жизнь кыргызов, кочующих на границе Коканда. Многие из них — выходцы из ханства, недавно перешедшие в наши пределы, имевшие родственников, родовичей в Коканде, частые отношение неизбежны, а так как в ханстве беспорядки не перестают уже второй год, то и наши кыргызы находятся постоянно в каком-то напряженном настроении. Со вниманием следя за успехами и неудачами их родовичей в соседнем ханстве, иногда они сами принимают участие в инсурекционном движении». Этот высокопоставленный царский чиновник, боявшийся распространения народного восстания на подвластной ему территории, имел полное основание беспокоиться. Ибо, не говоря об обычном участии, такие русские подданные, как Мумын Шамырзаков из Кураминского уезда, стали руководителями отдельных выступлений повстанцев. Мало того, восстание действительно могло распространиться на соседние районы, находившиеся в составе России, как это случилось на втором его этапе.

На данном этапе восстания, несмотря на то, что царские колониальные, власти открыто поддерживали ненавистного народу KOкандского хана окружающую его феодальную верхушку, проводили враждебную народу политику, преследовали некоторых руководителей вышеуказанных выступлений, повстанцы старались "быть в хороших и дружествённых отношениях" с русскими. В этом именной состояла одна из особенностей первого этапа восстания 1873—1876 гг.

Помощь царской колониальной власти в подавлении народного восстания

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 0