Помощь царской колониальной власти в подавлении народного восстания


Помощь царской колониальной власти в подавлении народного восстания

Мумын Шамурзаков


В мае 1874 г. восстали 5-6 тыс. кыргызов, кочующих в Кара Кульдже. Предводимые Мамыром Мергеновым, они заняли кыштак Базар-Курган, расположенный в 8 верстах от Андижана. Повстанцы пытались взять г. Андижан, но не смогли. Против них был направлен карательный отряд из 2 тыс. сарбазов. Ему удалось подавить это выступление и захватать сотни пленных, а также немало лошадей и разных трофеев. Предводитель повстанцев Мамыр вынужден был бежать в русские владения — на урочище Капка, где 15 июля 1874 г. по просьбе Худояр-хана был схвачен токмаксйшм уездным начальником, боявшимся распространения народного восстания, и отправление Лепсинскую станицу, под надзор властей с целью "удалить его от очага восстания и отнять у него вместе с тем возможность подбивать наших (подданных России - К.У.) кыргыз к вмешательству в кокандские беспорядки". В начале 1877 г., т.е. только через три с половиной года Мамыр Мергенов по ходатайству его матери был переведен в Андижанский уезд и то "с учреждением негласного над ним надзора".

В июле 1874 г. вновь восстали кочевники Чаткала. Во главе восстания стали Мусулманкул, родственник бывшего ляшкари— главнокомандующего ханскими войсками Алымкула, Мумын Шамурзаков и Пулат-хан. Как подчеркивается в источнике, в июне указанного года "инсургенты (восставшие—К.У.) переманили к себе Мумына с целью употребить его (русского подданного из Кураминского уезда—К.У.) в случае успеха при переговорах с русскими властями, с которыми они надеялись быть в хороших дружественных- (разрядка наша—К.У.) отношениях".

Повстанцы в количестве до 10 тыс. человек двинулись из Чаткала вниз через ущелье Алабуки по направлению г. Касан. К ним присоединились кыргызские роды кытай и другие. Число участников выступления значительно увеличилось. Они приближались к Касану. Повстанцы взяли в плен сборщика податей Амлякдара и некоторых других ханских чиновников. Беки крепостей Чартак и Янги-Курган пытались приостановить-наступление восставших у киштака Сафид-Булана, в 15 верстах от своих крепостей. Здесь было сосредоточено 400 человек; которые не смогли противостоять повстанцам, превосходившим по численности во много раз. Восставшие действовали решительно. 1 августа "Кыргызы, — сказано в архивном документе, - напали на кокандцев и отбросили их обратно в укрепления".

Имелись значительные потери как со стороны восставших, так и со стороны осажденных.

Кыштак Сафид-Булан, крепости Чартак и Яны-Курган были-взяты повстанцами. Последние без боя заняли и г. Касан, начальник которого бежал в Тюре-Курган, расположенный недалеко от Намангана...Жители указанных киштаков и г. Касана становились на сторону восставших.

Все это не на шутку беспокоило Худояр-хана и его чиновников, больше всего боявшихся народного восстания. На следующий же день, т.е. 1 августа 1874 г,, кокандский хан направил против восстания все свои военные силы из 7000 кавалеристов во главе с главнокомандующим Абдурахманом Афтобачи и высшим ханским сановником—беком р. Шахрихана Иca-Аулие. Сражение состоялось у г. Тюре-Курган. Несмотря на свое численное превосходство, плохо вооруженные и неорганизованные отряды восставших были разбиты. Большие жертвы имелись с обеих сторон. Несколько сот повстанцев попало в плен. Мусулманкул был убит, Пулат-хан с остатками повстанцев бежал в горы в северо-западную часть ханства, а Мумын Шамурзаков возвратился на Чаткал .

На урочище Кызыл-Тогай, в горах севернее Намангана, остатки разбитых восставших пытались дать отпор преследовавшим их карателям: Но здесь они были окончательно разбиты сравнительно хорошо вооруженным, регулярным карательным отрядом.

По просьбе кокандского хана военный губернатор Сыр-Дарьинской области усердно старался посадить за решетку одного из руководителей восстания Мумына Шамурзакова. Однако исполнить это оказалось не просто, ибо Мумын не собирался сдаваться без боя. Он скрывался в Чаткальских горах, в труднодоступном урочище. Таш-Суниян.






Причем вместе с ним находились до 1000 юрт повстанцев, которые были полны решимости продолжать восстание.

Мало того, к ним прибывали представители трудового населения из других районов, решившие стать под знамя борьбы против феодально-ханского гнета. Военный губернатор Сыр-Дарьинской области, руководивший поимкой названного руководителя восстания в своем рапорте от 21 сентября 1874 г. подчеркивал: "Около Мумыне находится большое количество народа, и без драки нельзя взять Мумына".

Не случайно этот высокопоставленный царский чиновник решил взять Мумына в плен путем обмана. С этой целью он отправил на Чаткал несколько представителей феодальной знати, занимавших в Алуие-Атинском уезде должности волостных управителей и баев. Их сопровождала группа казаков во главе с царским офицером. Им было дано указание: "Войти в сношение с Мумыном и убедить его прибыть в Алуие-Ата". Эти люди, прибыв в Чаткал, послали своих джигитов с письмом к Мумыну. Они приглашали его к себе, обещая ему покровительство царских местных властей. Но Мумын, не доверяя им, отказался от их предложения. Тогда на следующий день к Мумыну явились четыре влиятельных лица из числа посланников царской местной власти. Все-таки удалось уговорить Мумына прибыть на урочище Идрыс-Байгамбар, где должна была состояться встреча и переговоры с представителями царской власти. Мумын, наивно поверив этим представителям, явился на условленное место.

Здесь 24 августа он был арестован и доставлен в г Аулие-Ага, где его заключили в тюрьму. Мумын Шамурзаков подвергся жестоким наказаниям "за принятие участие в восстании кокандских кыргыз". Нельзя было ожидать других поступков от царских чиновников, поддерживающих власть кокандского хана, ставшего к этому времени официальным вассалом России.

Как видно из изложенного, в рассматриваемый период душителями восстания являлись войска кокандского хана.

Что касается царской колониальной власти, то она выступила как покровитель кокандского хана и поддерживала его, оказывая ему определенную помощь в подавлении народного восстания.

Ханские карательные отряды действовали против восставших с неслыханной жестокостью. Они грабили и сжигали кыргызские аилы и киштаки. Особенно варварскому грабежу и убийству подвергались кыргызы, кочующие по течению рек Алабука, Урюкты и Касан. Каратели убивали почти всех, кто им встречался. Они не щадили ни детей, ни женщин, ни стариков. Число одних только повешенных составило почти 1000 человек. Как видно из архивных до-кументов, "За неимением виселиц вешали на деревьях". Капитан Бессонов, проезжая сплетя более двух месяцев по местности, где действовал ханский карательный отряд, видел болтавшиеся на деревьях трупы, покинутые дома и остатки сожженных юрт .

Имущество и скот повстанцев были разграблены карателями Ханские войска, производя погромы и оставляя дымящиеся аилы и киштаки, с огромной добычей — скотом и имуществом — возвращались в столицу ханства в г. Коканд. За жестокое подавление выступление трудящихся кыргызов, кипчаков и узбеков Абдурахман Афтобачи был пожалован Худояр-ханом высоким титулом "парваначи". Однако кровавые действие ханских карателей не могли сломить свободолюбивый дух повстанцев и всего кыргызского народа. Наоборот, они ожесточили коренное население против тех, кто принес ему неисчислимые бедствия. Но с наступлением зимы, лютых морозов и закрытием горных перевалов кочевники вынуждены были временно прекратить активные действия. Они начали готовиться к более решительной борьбе за свою свободу.

Неудачные выступления кыргызских повстанцев во второй половине 1874 г.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 0