Высокая политическая миссия А. Сыдыкова


Город ВерныйГород Верный

Годы учебы в Верном


По настоянию отца в 1904—1911 гг. Абдыкерим учится в Верненской мужской гимназии — привилегированном учебном заведении европейского типа. На весь Туркестан похожая гимназия имелась лишь в Ташкенте, позднее они были открыты в Бишкеке и Аулие-Ате. От поступавших на учебу требовалось знание молитв, умение читать и писать по-русски, считать, складывать и вычитать в пределах тысячи. Обязательными предметами в гимназии были закон Божий, русский, немецкий, французский и латинский языки, словесность, история, этика, география, природоведение, математика, чистописание и другие. На уроках этики гимназистам читали лекции о добрых деяниях властителей. Однако для Абдыкерима, воспитанного на примере собственных знаменитых предков, их опыт был не менее важен, чем какие-либо теории.

Иногородние гимназисты жили в специальном интернате киргизском пансионе, в подобающей для избранных обстановке. Из Бишкека в гимназии училось 15 ребят, в том числе семь кыргызов. Блестяще учился Кожомурат Сарыкулаков, закончивший гимназию с серебряной медалью. По ходатайству директора гимназии он сначала поступил в Киевский университет, а затем перешел на юридический факультет Казанского университета. Как сыну несостоятельных родителей ему выплачивалась казенная стипендия. Болезнь и революция не дали Кожомурату закончить образование. Вернувшись домой, он стал организатором и лидером сокжа «Букара» («Беднота»), но в 1918 г. скоропостижно скончался от болезни. Имена многих выпускников Верненской гимназии впоследствии вошли в отечественную историю.

Среди них были Михаил Фрунзе, Мухамеджан Тынышпаев, Ураз Джандосов, Бекходжа Качкынбаев, Абдыкерим Сыдыков и другие. В гимназии Абдыкерим не был примерным учеником. Он был чужд тщеславия, старался ничем не выделяться. Зато он был полон жажды познания неизвестного в бесконечном мире. Самое важное — обучение в гимназии облегчило ему понимание самого себя, укрепило волю, обогатило его натуру, помогло определить последовательность действий на избранном пути. Гимназия вывела юношу из «полуварварского» состояния и приблизила к духовным ценностям европейской цивилизации.

Годы учебы в Верном совпали с периодом широкой демократизации и модернизации России, ее превращения в просвещенную либеральную конституционную монархию. Царское правительство все шире привлекало местные народы к управлению через городские думы и земские управы. Депутаты коренных национальностей из Семиречья заседали в Государственной Думе (например, казахи Алихан Букейханов и Мухамеджан Тынышпаев, кыргыз из Прииссыккулья Кыдыр Байсариев). Стали издаваться книги на кыргызском языке, русские газеты в Кыргызстане, проектируются и строятся железные дороги Джалал-Абад — Ташкент и Ташкент— Бишкек. В Бишкеке появились электричество и телефон, под руководством инженера В. Васильева развернулось большое строительство ирригационных сооружений и гидростанции на р. Чу.

После гимназии Абдыкерим поступает на ветеринарный факультет Казанского университета. Вскоре, из-за болезни, он был вынужден оставить учебу и вернуться домой. Мы ничего не знаем о впечатлениях, вынесенных юношей за короткое время учебы в университете, но, должно быть, они сыграли не последнюю роль в жизни будущего лидера кыргызской нации.

В Бишкеке Абдыкерим занимался пчеловодством на пасеке деда, отказавшись от перспективы, по семейной традиции, стать предпринимателем или волостным управителем. Размеренной и спокойной жизни туземного правителя он предпочел должность скромного государственного служащего в уездной управе. Да и факт учебы в Верном и Казани заставляет предполагать, что родители Абдыкерима изначально готовили ему другую участь.




Вероятно, ему было внушено, что на его долю тоже выпадет высокая политическая миссия, — как некогда его известны предкам. Это можно расценивать как мистицизм. Однако, по, свидетельству биографов, У. Черчиллю и генералу де Голлю еще B детстве предсказывали, что в истории им предназначена особая роль. Это очень важный момент для понимания замыслов и поступков будущего национального лидера.

16 ноября 1912 г. А. Сыдыков обратился с прошением к начальнику Пишпекской управы Путинцеву: «Имею желание посту¬пить в военную Вашего Величества службу по военно-народному управлению. Прошу определить на службу словесного переводчика Пишпекского уездного управления». Его приняли лишь после проверки на благонадежность и расписки, датированной 10 января 1913 г., в которой он дал клятву и честное слово не вступать ни в какие тайные общества. В ней он обещал: «Клянусь перед Кораном и могуществом Бога о том, что хочу и должен Его Императорскому Величеству Всемилостивому Великому Государю Все¬российскому повиноваться не щадя живота своего до последней капли крови. Целую слова Корана. Аминь. А. Сыдыков». Клятву заверил печатью мулла Пишпекской городской мечети Мухамед Якуб Абдрахманов.

Не секрет, что служил А. Сыдыков честно и достойно. Обитом свидетельствуют многочисленные представления его к наградам, продвижение по службе. В декабре 1914 г. он был награжден юбилейной медалью в связи с 300-летием дома Романовых. 14 февраля 1915 г. Путинцев вновь обратился с ходатайством двоен¬ному губернатору Семиречья о награждении переводчика А. Сыдыкова малой серебряной медалью «за труды, понесенные обстоятельствами войны». В сентябре 1916 г. его представляют к ордену Святого Станислава III степени с бантом и мечом «за толковую передачу приказаний-подполковника Рымшевича во время боя при отражении атаки мятежников». Колонизаторы, исповедовавшие принцип «разделяли властвуй», практиковали раздачу наград, чтобы внести раскол в ряды восставших, посеять недоверие между ними, и это порой в жизни случалось.

В управе А. Сыдыков дослужился до гражданского чина коллежского регистратора, что соответствовало воинскому званию подпоручика. Его имя значилось в списках среди пяти офицеров Пишпекского уезда. Впоследствии эти факты из жизни А. Сыдыкова неоднократно использовались с тем, чтобы представить его врагом собственного народа. Такое мнение бытовало десятилетия¬ми, в результате вольных или невольных усилий многих историков. Но основная моральная ответственность ложится на тех «улучшателей истории», которые даже в перестроечные годы продолжали убеждать в существовании «врага Сыдыкова». Им трудно понять, что, поступая в соответствии с дворянским кодексом чести, он пуще жизни дорожил своей клятвой и честью. Ему бы¬ли чужды те ценности, которые активно прививались обществу советской идеологией, и нравственность, которая была очень похожа на ту, которую фашистский идеолог М. Борман стремился насадить вместо христианских моральных заповедей, дабы освободить немецкую нацию от моральной ответственности за преступления против человечества.

Ставя точку в этом вопросе, отметим, что факт участия А. Сыдыкова в расправе над восставшими в 1916 г. против колониального гнета кыргызами не подтвердила ни одна партийная проверка позже, даже проверка, проведенная в системе ЧК — ОГПУ — НКВД.

Формирование личности Абдыкерима

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 0