Значительная роль в художественном оформлении балета «Чолпон» А. В. Арефьевым


Значительная роль в художественном оформлении балета «Чолпон» А. В. Арефьевым

Художественное оформление, выполненное А. В. Арефьевым


Значительна роль и художественного оформления, выполненного народным художником Союза ССР А. В. Арефьевым. Оно неотде­лимо от музыки и танца. Более того, в постановке балета «Чолпон» танец и оформление органически слиты. Примером может служить начало действия, имеющее аллегорический смысл. Большую часть сцены занима­ет живописное кряжистое дерево. Но, оказывается, оно давно потеряло свою силу. Могучее дерево выворочено мощными бурями из земли. Об­нажены его изогнутые корни, напоминающие дракона. Кажется, что дерево еще цепко держится. Но это лишь агония некогда сильного лесного владыки. Ударит гром, грянет буря, и дерево рухнет, поверженное, точ­но так же, как погибнет волшебная сила Айдай.

Сопоставление умирающего, насквозь прогнившего дерева с обре­ченным царством Айдай — значительная находка художника.

Оформление А. В. Арефьева усиливает впечатляющий характер действия. Третья картина. Нурдин и Чолпон брошены в каменный коло­дец-тюрьму (зиндан), откуда нет выхода. Здесь мрачно, как в могиле. Но вот юноша открывает глаза, и перед ним возникают волшебные видения. Призрачные девы то окружают его, то — недоступные — как бы воспа­ряют ввысь. И манят, манят за собой юношу. Все происходит в этой сце­не почти в полной темноте. Но благодаря использованию светящихся люминесцентных красок, фигуры призрачных дев, приподнятых партне­рами, кажутся летящими по воздуху (партнеры — в черных костюмах и потому сливаются с темным фоном).







А. В. Арефьев наделен тонким ощущением театральной перспекти­вы. В той же картине большое впечатление производит огромный камен­ный колодец зиндана. Вот стоят две маленькие фигурки, а над ними воз­вышаются два выступа, обозначающие верхний край ямы. Это создает ощущение глубины колодца и мрачной безнадежности.

Логическое про­должение этого эпизода мы видим в картине, которая следует несколько позже. Перед нами снова то же ущелье великанов на подступах к дворцу Айдай. Чолпон одна в мрачном заточении, и ей приходится вступать в бой с чудищем, затем с коварным джином. Но сила любви помогает ей выдержать неравный бой. И, как награда, расступаются скалы, сквозь них проникает луч света, и чьей-то невидимой рукой расстилается ковро­вая дорожка, которой как будто нет конца, потому что она убегает за го­ризонт. На этот ковер вступает Чолпон, и по нему, как по следу, она те­перь обязательно должна дойти до своего любимого.

Точные детали найдены художником и в оформлении дворцов Темир-хана и волшебницы Айдай. Первый поражает обилием света и не­объятного простора. Второй — затенен. Даже светильники излучают рассеянный свет, словно пропущенный сквозь туман.

Над ложем Айдай возвышается фонтан. С шумом падают его струи и далеко вокруг разлетаются их брызги. Но нет здесь умиротворения. У того же самого ложа улеглось подвижное чудище с ярко светящимся глазом. Оно напоминает о мрачном царстве волшебной красавицы.

Художественное оформление, выполненное А. В. Арефьевым, стало органическим компонентом спектакля, способствовало созданию яркого театрального зрелища.

У. Сарбагишев, С. Абдужалилов, Б. Алимбаев в сольных партиях балета «Чолпон»

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 0