Легенда о Курментинском кладе: миф или реальность?


Легенда о Курментинском кладе: миф или реальность?

КУРМЕНТИНСКИЙ КЛАД


1919 год. Завершается гражданская война, хотя накал басмаческого движения ещё не спадает. После объявленной амнистии в Россию начали возвращаться беженцы, не запятнавшие себя кровью братоубийственной войны. Одним из таких эмигрантов был некто Успенский, бежавший в Китай после Октябрьской революции. В Китае он быстро сошелся с горько тосковавшим по Родине священником. Умирая, православный священник передал Успенскому план, где было обозначено место клада несметных сокровищ.

Он был якобы зарыт его предками еще в период нашествия Чингис-хана на Семиречье т. е. истоки его уходили в глубь веков, в начало XIII столетия. На плане было отмечено, что клад спрятан недалеко от Тюпа, около реки Котурга на северо-восточном побережье озера Иссык-Куль. В этом месте должен был быть большой камень, близ которого в прошлом христиане молились Богу. План был снабжен довольно детальными подробностями, где объяснялись состав и стратиграфия кладов. Он состоял якобы из двух частей — золотой и серебряной, и был будто бы столь велик, что для перевозки сокровищ потребовалось бы 160—200 верблюдов. Ценности были помещены на дно ямы в специальной упаковке, перекрытые каменными плитами с надписями, плиты засыпаны землей, слоем примерно в два метра, и потом место схорона было затоплено. Там образовалось небольшое Озерцо. (Дальше фигурировали мистические подробности с тушей черного быка и рогами оленей, которые мы опустим).

Легенда требует комментария. Во-первых, были ли христиане на Иссык-Куле во времена Чингис-хана? Письменные источники утверждают, что были, притом двух христианских течений. Одно из них — несторианство — документировано сирийскими и сиротюркскими эпитафиями, выбитыми на камнях. Второе течение представлено армянской церковью. На Каталанской карте мира, составленной в г. Пальма (остров Майорка в Средиземном море) в 70-х годах XIV века испанцем Авраамом Крескесом, на берегу оз. Иссык-Куль обозначено увенчанное крестами здание. Рядом надпись, гласящая, что это монастырь армянских братьев. С этой стороны, таким образом, легенда священника вроде бы заслуживает доверия. Однако столь отдаленное по времени родство православного священника с предками-христианами толи несторианского, толи армянского толка вызывает законное сомнение (если не имелось в виду религиозное родство).

Поражает воображение и гигантское количество золота и серебра в кладе. Если учесть, что тяжесть вьюка верблюда в горной местности обычно около 300 килограммов, то в Курментах было спрятано от 48 до 60 тысяч килограммов драгметаллов! По нынешним закупочным ценам это многие миллиарды рублей. А это значит, что если сообщение и план священника хоть в какой-то степени соответствуют действительности, то на Иссык-Куле были схоронены не семейные сбережения, а церковная казна. Известно, что несторианская церковь занимала доминирующее положение при первых монгольских ханах и могла накопить большие богатства.

В целом легенда почившего в бозе священника едва ли выдерживает строгую критику. Едва ли полностью верил в нее и сам Успенский. Главное заветный план с бесценным крестиком. Вернувшись из Китая в Кыргызстан, Успенский стал изыскивать возможности для извлечения клада. Он назвался Иваном Андреевичем Усенко и поселился близ места, указанного на плане, потом коротко сошелся со старожилами И. И. Кочергиным и С. М. Галкиным, которые хорошо знали окрестности, и открыл им тайну священника.

Те не удивились, так как на Иссык-Куле знали буквально все, что где-то в горах зарыт огромный клад, только не времен Чингис-хана, а времен господства калмаков (XVII—XVIII вв.), его привезли не на 160-200, а всего (!) на 60 верблюдах, притом это было не христианское богатство, а казна города Сары-Фюбе, развалины которого до сих пор видны на Сухом Хребте неподалеку от с. Михайловское. И. А. Усенко не стал оспаривать новую версию легенды о кладе, а показал план, чем немедленно обратил в свою веру вновь обретенных приятелей. Знатоки окрестностей быстро нашли в горах то место, которое было помечено на плане.







На этом заканчивается первый этап поисков Курментинского клада. И если вся предшествующая информация о сокровищах овеяна легендами, то на втором, практическом этапе, в действие вступают и имеют место вполне реальные лица и события, что было закреплено документально и подтверждено свидетельскими показаниями, да и некоторые участники поисков клада до сих пор живы.

1926 г., набрав группу в четырнадцать человек, с разрешения местных властей компаньоны начинают раскопки не на реке Котурга, а в Верховьях реки Курменты, по ее левому берегу в урочище, называемом кыргызским населением Беткарагай. По словам И. И. Кочсргина и И. А. Усенко, они спустили озерцо и стали пробивать шурф под скалу известняка. На некоторой глубине среди наносных пород они обнаружили находившегося в стоячем положении бычка с перерезанным горлом. Он стоял в воде, которая после отвода части русла р. Курменты просочилась вниз. Копавшие вытащили бычка на поверхность. Как позже (в 1952 г.) вспоминали Кочергин и Усенко, «мясо бычка было мягким и свободно растиралось пальцами». По их предположению, бычок был зарезан калмаками как жертвоприношение богам, чтобы они хранили клад. Примечательно, что уже на первой стадии работ И. И. Кочергиным было найдено «два старинных молотка» — типа употреблявшейся кыргызами кирки: один был медный, другой — золотой.

Кладоискателями на глубине примерно шести метров была также найдена известняковая плита с неизвестными письменами, под которой они надеялись обнаружить сокровища. Нужно было пробурить или взорвать плиту. Но внезапно мощный горный обвал прервал работы. Жертв по чистой случайности не было, но для расчистки обвала требовались большие силы и средства. К тому же, местные власти, поняв, что клад вполне реальное дело, нового разрешения на раскопки не дали.

Молва о мифических кладах вечно будоражит воображение романтиков. Но в данном случае отправной точкой была не пустая молва, а хорошо документированные сведения, исходящие от людей, в компетентности и правдивости которых сомневаться было бы грешно. Во всяком случае, тогда подполковник, а ныне доктор исторических наук Д. М. Малабаев и персональный пенсионер В. Н. Голубин и сейчас убеждены, что клад существует, нужно им только серьезно заняться.

Ведь многое из легенды умершего в Китае священника подтверждено практическими работами: были пустоты под скалой, был ход-перекоп к ним, были каменные плиты с неизвестными письменами, был золотой «молоток», сданный государству одним из раскопщиков (о чём имеется документальная запись), был даже жертвенный бык.

Курментинский клад еще ждёт своего часа, своих энтузиастов. Дело это важное и работы должны проводиться на государственной основе, для чего, в первую очередь, необходимо поднять всё еще секретные папки с материалами предыдущих обследований и работ, привлечь ученых, применить специальные приборы и, конечно, выделить средства. А может быть включиться частной инициативе? Ведь идут же поиски кладов во всем мире? А может — кооператив? Или еще кто-то?..

Легенда об Иссык-Кульской "Атлантиде"

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 0