Социальные отношения кыргызов


Семья Кокумбая Чинина с туземной борзой и ловчим беркутом. Село Кызыл, Пишпекский окр., Горное Семиречье. 1925 г.Семья Кокумбая Чинина с туземной борзой и ловчим беркутом. Село Кызыл, Пишпекский окр., Горное Семиречье. 1925 г.

ОБЩИНА


Община, как один из основных традиционных институтов, играла ключевую роль в общественном устройстве кыргызов. Наряду с семьей и племенем она выступала в качестве базовой социальной структуры, на которой зиждилась вся система общественных отношений. Этот тип общности людей имел как социальную, так и экономическую функции, направленные на обеспечение производственного процесса для получения продуктов жизнеобеспечения и поддержание прочных человеческих связей. Немаловажное значение имело проявление преемственности культурных традиций, наиболее отчетливо выражавшихся в рамках общины.

Кочевая община кыргызов состояла из отдельных семей, которые являлись основными хозяйственными и социальными ячейками. К их числу относятся и новообразованные домохозяйства, которые сформировались путем
отделения женатых сыновей в самостоятельное хозяйство с соответствующими наделами (энчи) еще при жизни отца. Они имели и определенную автономию в ведении своего хозяйства, в соблюдении взаимных обязательств перед, близкими родственниками и соседями, однако родительское влияние и роль «большого дома» были велики.

В частности, это проявлялось в организации коллективного угощения, дарообмене в пределах общины.

Общину отличали сложный состав, иерархичность структуры, а также мобильность, обусловленная особенностью образа жизни подвижных скотоводов.

Кочевой айыл был основой общинной организации, являвшейся наиболее стабильной ячейкой. В ее состав входило в среднем 5-6 семей. «Аул обычно состоит из 5—15 кибиток, весьма редко и более» (Записки о поземельном устройстве... № 62. С. 191). Эта малая община, основанная на семейно-родственной группе, включала семью отца и семьи его выделившихся в отдельное хозяйство детей. В айыле могли быть родственники как по линии мужа, так и по линии жены. «Иногда подобные общины первого порядка, которые можно назвать нуклеарными кочевыми общинами, совпадают с семейно-родственными группами. Но это совсем не обязательно. Нередко они состоят не только из агнатов и их семей, но и из когнатов, свойственников и лиц, связанных лишь дальним родством и то не всегда» (Хазанов, 2002. С. 235). Тем не менее в малую общину входили преимущественно самые близкие родственники, объединенные общими семейными интересами - совместным кочеванием, защитой стада от посягательств, выполнением общих хозяйственных задач.

Следующая, более расширенная, ступень кочевой общины образовывалась путем интеграции нескольких малых общин. Члены общины данного уровня в определенные сезоны совместно использовали пастбищные и водные ресурсы, осуществляли перекочевки. Между хозяйствами, входящими в подобное объединение, существовали тесные производственные, социальные и бытовые связи, широко практиковалась взаимная материальная и трудовая взаимопомощь (Хазанов, 2002. С. 235). Различные виды кооперации, взаимовыручка в таких объединениях проявлялась только при необходимости, в целом же она была значительно слабее, чем в малых общинах. При использовании сезонных пастбищ все члены общины второго порядка не могли всегда расселяться компактно в одном месте, а, напротив, занимали участки в некотором отдалении одно от другого, но в пределах данного пространства. Несколько кочевых групп, входящих в состав более расширенной общины, совместно пользовались пастбищами, реальную принадлежность которых не так просто было определить. Как правило, маршруты перекочевок нескольких подразделений перекрещивались, причем смежные участки считались их совместным владением (Плоских, 1972. С. 27-29).






Общины третьего уровня, в состав которых входило несколько кочевых общин второго порядка, занимали значительную территорию, а члены их были между собой в слабых и непостоянных связях. В условиях подвижного образа жизни такая община отличалась наибольшей дисперсностью и нестабильностью состава. Отмечалось немало случаев, когда общины более низкого таксономического уровня по разным причинам покидали ее, а другие включались в ее состав. Иногда группы семей переселялись на территорию других административных единиц по политическим и другим соображениям. В целом такая община чон айыл (большая община) представляла собой аморфное образование с недостаточно прочными экономическими, социальными связями.

В общинах среднего уровня доминировали представители одного племени, считающие себя потомками «одного отца» («тулку атасы бир»), тем не менее их этнический состав нередко был разнородным: включались и инородцы, и семьи, имевшие свое отдельное, не родственное с большинством членов происхождение (Джамгерчинов, 1959. С. 67; Ильясов, 1963. С. 345). СМ. Абрамзон не полностью соглашался с этим утверждением, он только допускал, что в «некоторых случаях в аил могли входить выходцы из другого (все же родственного) рода» (Абрамзон, 1971. С. 200).

«Чужаки» здесь находили защиту, покровительство и пользовались всеми основными правами. Община являлась тем институтом, который был в состоянии более мягко и безболезненно, нежели племенные структуры, инкорпорировать представителей других родов в свой состав. Община у кыргызов в XIX в., как пишет В.М. Плоских, не представляла собой первобытной родоплеменной организации, а выступала как хозяйственная и административная единица (Плоских, 1972. С. 24).

Большие общины не отличались стабильным составом, их размеры то расширялись, то уменьшались, выпас скота был совместным или раздельным, перекочевки совершались большими или малыми группами. Легкость образования новых общин, значительная текучесть ее состава - своеобразная черта этой структуры. Ее разрастание неминуемо вело к сегментации отдельных частей, которые в свою очередь могли формировать новую общину. В силу особенностей скотоводческого хозяйства и мобильного образа жизни отдельная семья или группа легко могла покинуть свою общину и объединиться с другими на новом месте. Дробление кочевых общин выглядело естественным явлением и обусловливалось необходимостью соблюдения оптимальной нагрузки на пастбища.

Этнография

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 0