Изучение историко-археологических памятников Кыргызстана


Изучение историко-археологических памятников Кыргызстана


Народная память зыбка. Многие памятники, отдаленные от нас веками, не удается пока расшифровать. А вот о памятниках XVIII—XIX вв. немало интересного может еще сообщить информатор, сохранивший в памяти рассказы отцов, дедов и прадедов. В первую очередь это касается культовых архитектурных сооружений, поскольку культ предков особенно чтился среди киргизов в прошлом, традиция эта не изжита еще полностью и сегодня.

Хочется обратить особое внимание именно на три вида памятников, которые сами по себе довольно быстро разрушаются, ветшают, исчезают. Это, во-первых, намогильные и культовые сооружения — гумбезы, мазары, мечети, медресе. Во-вторых, остатки крепостей — кокандских и киргизских — на территории Киргизии. В-третьих, эпитафии на камнях, отдельные документы, рукописи и книги, передававшиеся из поколения в поколение как семейные реликвии. Все они принадлежат к XVIII— XIX вв. Археологи к ним относятся несколько свысока: эти слишком поздние объекты не представляют для них особого интереса. Не занимаются ими специально и этнографы. К тому же постепенно уходят из жизни информаторы — ключ к этнографическому познанию объектов. Вот потому-то памятники эти и предстают чаще как молчаливые стражи былого. Этот «орешек» можно раскусить лишь общими усилиями археологов, этнографов, историков, поскольку объекты находятся на стыке этих трех дисциплин. Соединение исторического, этнографического и археологического поисков исследований поможет полнее раскрыть картину жизни и быта тех времен. Только в комплексном соединении истории, археологии, этнографии могут быть решены многие вопросы сравнительно недавнего прошлого Киргизстана—XVIII—XIX вв.

На территории Киргизстана, как и во всех странах древнего мира, общественная жизнь была тесным образом связана с религиозными воззрениями, со сменой политической власти и сложными этническими процессами. Все это ставит перед наукой задачу объективного и глубокого, основанного на тщательном анализе источников, исследования всех пластов культурного наследия. Памятники истории и культуры в наши дни все больше получают острое политическое звучание, а подчас явно тенденциозную трактовку со стороны фальсификаторов, служат предметом идеологических споров и даже диверсий.

Средневековые памятники Киргизии относятся к поре, часто именуемой в научной литературе «мусульманским Ренессансом». Еще до недавнего времени они считались произведениями «мусульманской культуры» или «мусульманского искусства», а художественный вкус средневековых зодчих представлялся как производное от религиозной идеологии. В работах ученых убедительно доказано, что ислам был существенным, но далеко не главным, не определяющим элементом в «искусстве ислама». Эта художественная общность в произведениях архитектуры, монументального и прикладного искусства охватывала, прежде всего, страны Среднего Востока и была вызвана рядом причин: единообразием процесса общественного развития, переплетением исторических судеб с древнейших времен, а затем — в системе арабского халифата; универсальной ролью арабской письменности, ставшей связующим звеном для ираноязычной и тюркской среды; постоянными контактами ряда стран и народов, обусловленными широкими политическими, культурными и экономическими связями, непрерывным обменом художественного опыта. Но при всем сходстве типовых зданий, связанных с отправлением культа ислама, при углубленном анализе произведений художественной культуры и архитектуры отчетливо проявляется местная специфика. Памятники Киргизии X—XI вв. отнесены исследователями к Ферганской и Северо-Туркестанской архитектурным школам, сложившимся уже в XI в. Истоки их, однако, лежат в доарабской и даже — восточно-эллинской среде. Так, средневековое зодчество отражает связь времен, доживший до наших дней духовный опыт многих поколений. Средневековому мастеру обязаны мы многими конструкциями, пережившими века, и продолжающими сохраняться и сегодня в народном жилище населения Средней Азии, в том числе Киргизии; вплоть до нового времени дожили при возведении мемориально-культовых сооружений и основные планировочные схемы. И не ислам, а народные традиции, идущие из глубины веков, прослеживаются в их решении. Уже древние саки возводили мавзолеи. Прототипом средневековых усыпальниц послужили так называемые наусы, курумы и мугхона полуоседлого населения Ферганы и Семиречья, характерные для первых веков н. э. В киргизских мавзолеях-гумбезах сохраняется давняя традиция погребальной обрядности.






Еще в середине прошлого столетия Чокан Валиханов, посети Иссык-Кульскую котловину, обратил внимание на единичные строения киргизов своеобразной архитектуры. Это были мавзолеи, которые строились из глины, а иногда с использованном средневекового глазурованного кирпича, выбрасываемого в штормы на берег волнами озера. Тогда же Валиханов в своем «Иссык-Кульском дневнике» отмечал, что если говорить об архитектуре кочевых киргизов, то следует говорить именно о намогильной архитектуре — гумбезах. Внимание Валиханова привлек гумбез Ногая в устье р. Тюп, он сделал зарисовки гумбеза сыны Джантая. В наши дни не удается обнаружить даже их развалин. Однако сохранились рисунки гумбезов и описание мавзолеев, сделанные Валихановым и Семеновым-Тян-Шанским.

Поскольку строительный материал был непрочным, в основном глина, а у населения было еще предубеждение против ремонта гумбезов — все это привело к тому, что с XVIII — половины XIX в. таких мавзолеев сохранилось немного — можно сказать единицы. Правда, в это время возводились отдельные мавзолеи и из более прочного материала, иногда из жженого кирпича. Например, гумбезы Тайлака в Центральном Тянь-Шане, Идриса Пайгамбара на Чаткале, гумбезы в Арсланбобе и некоторые другие, которые в неплохом состоянии дошли до наших дней.

Другой вид памятников — крепости — сравнительно неслож¬ные фортификационные сооружения XVIII—XIX вв. По письменным источникам прошлого они исчисляются в несколько де¬сятков— в том числе Пишпек, Токмак, Каракол, Барскаун, Конурулен, Суфи-Курган, Дараут-Курган, Чиназ и др. Но до нас дошли лишь три: крепость Кан в среднем течении р. Сох, Дараут-Курган в Чон-Алае и Чолок-Коргон в Центральном Тянь- Шане. Остальные были разрушены во время восстаний киргизского народа против кокандского владычества. Ветер, дождь, снег и хозяйственная деятельность человека довершили разрушение.

По образцу и подобию отдельных кокандских крепостей, но гораздо меньших размеров, возводили свои укрепления в прошлом столетии и киргизы: Ормон-Коргон на Сан-Таше, Кызыл-Ункур на Иссык-Куле, Чон-Коргон в Кетмен-Тюбе и некоторые другие. Сегодня от них остались лишь одни названия. Чтобы составить хотя бы их план, нужны кропотливые поиски на местности, зачистка и даже археологические раскопки.

Немалый интерес представляют материальная культура и декоративно-прикладное искусство киргизского народа прошлых веков, которые не были еще предметом специального исследования и выявление и изучение которых непосредственно связано с полевыми историко-этнографическими работами.

Важное значение в процессе познания прошлого своего народа представляют горнорудные промыслы Сары-Джаза и Ак-Тюза, раскрывающие секреты древних умельцев, а также эпитафии, рукописи, книги и отдельные документальные памятники.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 0