Полный кавалер ордена Славы Шишкин Аркадий Дмитриеви



Полный кавалер ордена Славы  Шишкин Аркадий Дмитриеви

Шишкин Аркадий Дмитриевич


Командир взвода 93-го отдельного саперного батальона (16-я стрелковая дивизия, 2-я гвардейская армия, 1-й Прибалтийский фронт) старшина – на момент представления к награждению орденом Славы 1-й степени.

Родился 25 августа 1914 года в деревне Ленская Орловского уезда Вятской губернии (ныне – деревня Лена Верхошижемского района Кировской области) в семье крестьянина. Русский. В 1927 году окончил 4 класса начальной школы в селе Желтые того же района.

Трудовую деятельность начал в 1928 году рядовым колхозником в колхозе «Красная звезда». В 1932 году уехал на заработки в столицу Башкирии Уфу, работал бондарем в промартели имени Молотова. В 1934-1937 годах трудился штукатуром Кирстройтреста в городе Киров.

В 1937-1938 году проходил срочную службу в Красной Армии, в строительном батальоне Ленинградского военного округа. После увольнения в запас несколько месяцев трудился штукатуром на строительном участке медеплавильного завода в городе Ревда Свердловской области. С марта 1938 года работал штукатуром на строительстве металлургического комбината в городе Мончегорск (Мурманская область).

Во время войны с Финляндией 1939-1940 года был вновь мобилизован в армию. Участвовал в боях составе 301-го гаубичного артиллерийского полка (7-й армии Северо-Западного фронта).

После демобилизации вернулся в Мончегорск, работал инструктором конторе комбината «Северникель». В первые месяцы Великой Отечественной войны оборудование комбината было демонтировано и эвакуировано на восток, главным образом на Урал и в город Норильск. Шишкин с группой сотрудников убыл в Норильск.

В августе 1941 года был вновь призван в армию Таймырским райвоенкоматом. На фронте с сентября 1941 года. В составе 17-й стрелковой дивизии участвовал в обороне Москвы, в наступательной операции. В январе 1942 года был ранен, лечился в госпитале в городе Горький (Нижний Новгород). В сентябре того же года, после выздоровления, был направлен в формирующуюся в городе Балахна Нижегородской области 16-ю Литовскую стрелковую дивизию, зачислен сапером 93-го отдельного саперного батальона. В его составе прошел весь боевой путь до Победы.

Дивизия была введена в бой в декабре 1942 года на Брянском фронте. Затем была передана в 48-ю армию, участвовала в наступлении на Орел, затем до лета 1943 года стояла в обороне на западнее и юго-западнее города Алексеевка (Белгородская область). В этих боях младший сержант Шишкин командовал отделением саперов, был награжден знаком «Отличный разведчик» и заслужил первую боевую награду.

В апреле-марте 1943 года младший сержант Шишкин со своим отделением выполнял боевое задание по устройству инженерных заграждений в полосе обороны 167-го стрелкового полка в районе деревни Зубково (Покрвоского района Орловской области). Поде его руководством и лично им самим выставлено 1200 мин, оборудован 2 дзота и других сооружений. Награжден медалью «За боевые заслуги».

В дальнейшем в составе 48-й армии Центрального фронта участвовала в Курской битве, в оборонительных боях на Орловско-Курском направлении, в Орловской наступательной операции.

Во время наступления младший сержант Шишкин со своим отделением находился в группе преследования 167-го стрелкового полка. 26 июля 1943 года районе деревни Рыбница (11 км юго-западнее поселка Змиевка Орловской область) саперы обнаружили группу гитлеровцев, вступили в бой и захватили 4 пленных и 3 исправные радиостанции. Обеспечивая продвижение вперед полка со своим отделением под огнем врага проделывали проходы в проволочных заграждениях и минных полях, при этом сняли 250 мин. Командованием полка был представлен к награждению орденом Красного Знамени.

В августе 1943 года дивизия была выведена из боев, некоторое время находилась в резерве и на доукомплектовании в городе Тула. В сентябре была переброшена на Калининский (с октября 1943 года – 1-й Прибалтийский) фронт и включена в состав 4-й ударной армии. Участвовала в Невельской, Городокской (1943), Витебской наступательных операциях. С начала 1944 года части дивизии занимали оборону восточнее города Полоцк (Бе6лоруссия).

В конце января 1943 года старший сержант Шишкин, как один из передовых саперов части и отлично знающий саперное дело был вновь представлен к награде – на этот раз к ордену Славы 3-й степени. В наградном листе давалось описание боевых заслуг в боях под Орлом и сообщалось, что наградные документы были возвращены и штаба 48-й армии без результата за давностью совершения подвига.

Приказом по частям 16-й стрелковой дивизии от 1 февраля 1944 года (№80/н) старший сержант Шишкин Аркадий Дмитриевич награжден орденом Славы 3-й степени.

Летом 1944 года дивизия участвовала в Полоцкой наступательной операции. В этих боях старшина Шишкин командовал взводом тог же саперного батальона.

За период 30 июня по 9 июля 1944 года старшина Шишкин со своим взводом обеспечил своевременную и точную разведку взрывных заграждений противника в полосе наступления дивизии от деревни Мачулище до деревне Дмитрово Полоцкого района Витебской области Белоруссии. 5 июля ведя разведку маршрута у деревни Зеленый Бор с группой саперов вступил в бой с группой вражеских солдат и обеспечил захват двух пленных.

Приказом по войскам 4-й Ударной армии от 15 июля 1944 года (№360) старшина Шишкин Аркадий Дмитриевич награжден орденом Славы 2-й степени.

В сентябре - октябре 1944 года, действуя в составе 2-й гвардейской армии, 16-я Литовская дивизия приняла участие в Мемельской операции с целью окончательного освобождения Литовской ССР. Выполняя приказ командующего 2-й гвардейской армией, дивизия совершила два перехода и 5 октября, наступая на правом крыле армии, она успешно форсировала реку Дубиса, к исходу дня подошла к реке Крожента. 3-й батальон 249-го стрелкового полка перерезал шоссейную дорогу Шяуляй — Кельме.

6 октября 1944 года старшина Шишкин с группой разведчиков, выполняя задание командования, проник за боевые порядки наступающей пехоты и захватил мост на шоссе Шауляй – Кельме, в 1 км северо-восточнее города Кельме (Шяуляйском уезде Литвы). Саперы сохранили мост от взрыва и удержали его до подхода основных сил.

Подошедшие танки беспрепятственно перешли на другой берег. После этого саперы окончательно сняли заряды и окончательно разминировали мост, обеспечили проход наступающим частям.

Оборонительные бои в районе Шауляя затянулись до октября. Гитлеровцы поняли, что их усилия бесполезны, и ослабили натиск, да и силы их были измотаны. Этим воспользовалось командование нашего фронта.

В начале октября Литовская дивизия получила приказ перейти в наступление. Она занимала рубеж вдоль дороги из Шауляя на город Кельме. Местность была низменная, с перелесками, с тихими, но глубокими речками. На подступах к Кельме протекала речка Кражанте. Мост через нее был в руках у немцев. Разведчики доложили, что они минируют его и взорвут, как только дивизия начнет наступление. Командир дивизии, полковник Урбшас, заменивший генерал-майора Карвялиса, принял решение захватить мост и разминировать его до наступления дивизии. Это могли сделать саперы и разведчики, мастера своего дела. При обсуждении вопроса, кого послать, в штабе дивизии назвали старшину Шишкина и его взвод. Командир саперного батальона майор Терентьев сказал:

— Это у меня самый опытный минер. Служил до войны в кадровой армии, участвовал в финской, а в этой с первого дня. К тому же, кандидат в члены партии. Уверен — выполнит задание.

Взвод Шишкина, усиленный отделением разведчиков, вышел на задание 5 октября 1944 года. Уже вечерело, когда они миновали передовые позиции нашей пехоты и вышли на полосу ничейной земли. Невдалеке виднелся лесок, тронутый красками осени. Солнце садилось за его вершины, он просвечивался красноватыми лучами, казался нарисованным на огненном полотне заката. Высокая трава на кочковатой низине покрывалась росой.

Бойцы подползли к опушке, осмотрелись и осторожно пошли вдоль леса. Молодые березки все еще светились, словно набравшись солнечного света, теперь излучали его. Кусты потемнели. Остро пахло упавшей, начинающей преть листвой. Было тихо. Из глубины леса слышалось сердитое стрекотание двух сорок. Они как будто ссорились за место ночлега.

Вскоре стемнело. Низину затопила чернота, и там чудились какие-то плавающие тени. В лесу стало настороженно, улавливался шорох падающих листьев, а при дуновении ветерка поднимался тревожный шум. Подойдя к реке, Шишкин послал вперед двоих разведчиков. Остальные бойцы залегли. Тихо шелестел камыш у воды, изредка плескалась рыба. Река мерцала матовым блеском, как ртуть. Противоположный берег едва угадывался сгустком черноты, а в небе блестели редкие звездочки и те заволакивались облаками.

Разведчики долго не возвращались. Наконец появились и доложили неожиданное.

Фашисты работают на мосту. Их не меньше роты. Видно, готовят мост к подрыву. Таскают взрывчатку. Есть охрана — по пять человек с двух сторон.

— Далеко еще? — спросил Шишкин.
— Метров шестьсот — семьсот.
— Почему долго ходили?

Разведчик литовец сказал что-то по-литовски, его товарищи тихонько засмеялись. Командир отделения перевел:
— Не пешком шли — на ремнях ехали, ползли, значит.
— Ладно. Мы тоже поедем. Только быстро,— приказал Шишкин.— Надо не опоздать.

Саперы и разведчики, стараясь не нарушать тишину, пошли гуськом, а когда мост стал заметным, продолжали приближаться ползком. Постепенно начали различаться фигуры вражеских солдат, слышались их негромкие голоса.

У въезда на мост стояли часовые, рядом с ними маячили наблюдатели. По движениям их рук Шишкин догадался, что они осматривают местность в бинокли. Тогда он тоже достал свой бинокль. Темнота немножко разрядилась. Стали видны отчетливее человеческие фигуры, мост, его опоры и ящики со взрывчаткой. Работа, видимо, заканчивалась.

Фашисты подвязывали последние ящики, разматывали бикфордовы шнуры.

— Надо отсечь их от моста,— сказал Шишкин и разделил свой взвод и разведчиков на две группы. Первая должна была ударить по врагу на этом берегу и оттеснить их от моста. Вторая — помогать вначале первой, затем — прорываться на мост и захватывать противоположный берег.
— Я пойду со второй группой. Командир разведчиков возглавляет первую. Ясно?
— Надо еще добавить,— сказал командир разведчиков, рослый литовец.— Нельзя стрелять по ящикам. Сами взорвем мост.
— Правильно... Смотрите, товарищи, натиск должен быть во всю силу, но не теряйте выдержки. Будут попадаться провода и шнуры — сразу рвать.

Высокая трава позволяла ползти дальше. Группы приблизились, к мосту, и, когда до него осталось метров пятьдесят, Шишкин вскочил.

— Вперед,— негромко скомандовал он, и обе группы устремились к мосту.

Ошеломленные фашисты вначале не поняли, что происходит, и не сразу бросились бежать. Ближних успели расстрелять в упор короткими очередями. Они падали молча, и только когда на мосту часовые заорали «Русс!» — они побежали, кто куда. Большинство их ушло через мост на свой берег. Их преследовала группа Шишкина. Она не стреляла на мосту. Слышался только грохот сапог, и это наводило ужас. Безмолвную атаку не выдерживают люди даже с очень крепкими нервами. Немцы бросали оружие, скидывали с плеч ранцы, чтобы облегчить себя в беге.

Выбежав на противоположный берег, Шишкин остановил свою группу. Убегавшие фашисты исчезли в темноте.

Он приказал разведчикам занять оборону, а сам вернулся на мост. Саперы сразу приступили к разминированию, но это было не просто. Темнота и вражеские солдаты те, что остались на нашем берегу, мешали работать. Они открыли беспорядочный огонь по мосту. Раненые саперы срывались в воду, некоторые тонули, но остальные продолжали работать. Шум боя докатился до города. Он был всего в километре от моста. На дороге показались огни мотоциклистов. В это же время Шишкину доложили, что саперы обнаружили под настилом моста противотанковые мины. Обстановка складывалась критическая.

Но саперы и разведчики не растерялись. Шишкин был на мосту, когда к нему подбежал командир разведчиков со своим отделением.

— Давай все гранаты. Я задержу мотоциклистов,— сказал он, отбирая у Шишкина гранаты.— Давай все...

Шишкин оценил его план. Тут же приказал саперам отдать гранаты, и разведчики убежали на дорогу. Там они рассыпались по обочине и опрокинули мотоциклистов до того, как те узнали, что происходит на мосту. Задние мотоциклисты уже успели повернуть обратно.

— Пулеметы возьмите!— закричал Шишкин.

Разведчики поняли его, бросились к подбитым мотоциклам, сняли с них пулеметы. А на нашем берегу все еще продолжался бой. Около пятнадцати фашистов во главе с офицером, команды которого слышались из темноты, залегли в траве и, постоянно меняя место, вели огонь по мосту. Одно отделение саперов спешило покончить с ними, но фашисты как тени появлялись, то в одном, то в другом месте. Они сковывали саперов, работающих на мосту, и отвлекали на себя целое отделение, крайне необходимое для разминирования моста.

Через некоторое время к Шишкину прибежал разведчик и доложил, что от города движется вражеская пехота.

Стало ясно, что фашисты любой ценой будут стараться взорвать мост. Обстановка продолжала ухудшаться. И тогда Шишкин решился подать сигнал танкам до конца разминирования. «Пусть они подойдут и помогут своими орудиями». Красная ракета взвилась в черное небо, осветила луг, где залегли вражеские солдаты, и этих секунд отступившего мрака хватило, чтобы рассеять их гранатами. Ракета подействовала и на тех, кто наступал со стороны города. Фашисты приняли ее за сигнал к штурму города и остановились на полдороге. Теперь саперов никто не беспокоил.

Оставив небольшое охранение, Шишкин приказал всем остальным заняться поисками противотанковых мин не только на мосту, но и на подступах к нему. Эта предосторожность оказалась не лишней. Саперы обнаружили мины и на дороге, и на обочинах. Мины были обезврежены вовремя. Подошедшим танкам не пришлось задерживаться.

Утром город Кельме был взят нашими войсками, прошедшими через мост.


Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 марта 1945 года старшина Шишкин Аркадий Дмитриевич награжден орденом Славы 1-й степени. Стал полным кавалером ордена Славы.

На боевом счету отважного воина много славных дел. За время войны он разминировал тысячи различных мин.

Много фугасов и других хитростей врага убрал с дороги наступавших советских воинов и спас их жизнь. В проволочных заграждениях он проделал сотни проходов для пехоты и танков. Строил мосты и командные пункты, оборудовал переправы и выставлял мины. Ничто не могло преградить ему путь к выполнению боевого задания Родины.

И все-таки из всех боевых эпизодов более всего памятным для Аркадия Дмитриевича останется захват моста под городом Кельме. И не потому, что за этот подвиг он был награжден орденом Славы I степени, а потому, что этот эпизод стал мостиком дружбы ветерана войны с жителями города Кельме.

После войны продолжал службу в армии. Уволен в запас в июне 1946 года в звании младший лейтенант.

Жил и работал в городе Ревда Свердловской области, затем — в селе Нижняя Аларча Аламединского района Киргизии. Работал столяром, штукатуром.

Умер 7 августа 2003 года.

Награжден орденами Отечественной войны 1-й степени (11.03.1985), Славы 1-й (24.03.1945), 2-й (15.07.1944) и 3-й (01.02.1944) степеней, медалями, в т.ч. «За боевые заслуги» (27.06.1943).

Кыргызстанцы – Полные кавалеры ордена Славы


Оставить комментарий

  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent