Полный кавалер ордена Славы Буланаков Дмитрий Григорьевич



Полный кавалер ордена Славы  Буланаков Дмитрий Григорьевич

Буланаков Дмитрий Григорьевич

- помощник командира взвода 176-го стрелкового полка (46-я стрелковая дивизия, 2-я ударная армия, 2-й Белорусский фронт) сержант – на момент представления к награждению орденом Славы 1-й степени.

Родился 23 февраля 1914 года в деревне Кураково ныне Чебулинского района Кемеровской области в семье рабочего. Русский. Окончил 4 класса. Трудился на руднике по добыче золота в Тисульском районе Новосибирской области.

В феврале 1942 года был призван в Красную Армию Тисульским райвоенкоматом. С сентября 1942 года в действующей армии. Воевал на фронтах: Волховском, Ленинградском и 2 Белорусском фронтах. Воевал в составе 176-го стрелкового полка 46-й стрелковой дивизии. До января 1944 года дивизия держала оборону как по правому берегу Невы, так и по левому в районе Невской Дубровки - на легендарном Невском пятачке. Затем участвовала в боях при прорыве блокады Ленинграда, в Выборско-Петрозаводской операции.

12 июня 1944 года при отражении контратак противника на северном побережье Финского залива в районе города Териоки (город Зеленогорск, Ленинградский горсовет) красноармеец Буланаков, действуя в головном дозоре, совместно с группой отбил 5 атак противника, лично уничтожил 8 вражеских солдат. Был легко ранен, но не покинул поле боя.

Приказом по частям 46-й стрелковой дивизии (№47/н) от 20 июня 1944 года красноармеец Буланаков Дмитрий Григорьевич награжден орденом Славы 3-й степени.

Осенью сорок 1944 года, входя вместе со всем 108-м стрелковым корпусом уже в состав 2-й ударной армии, дивизия участвовала в Таллиннской наступательной операции Ленинградского фронта. В этих боях младший сержант Буланаков командовал стрелковым отделением того же полка.

17-26 сентября 1944 года в ходя боев за освобождение Эстонии проявил смелость и отвагу. В бою в 9 км юго-западнее поселка Выхма (Вильяндиский район, Эстония) младший сержант Буланаков первым из взвода поднявшись в атаку, истребил 9 гитлеровцев, 7 вместе с бойцами захватил в плен.

Приказом по войскам 2-й ударной армии (№152/н) от 24 октября 1944 года младший сержант Буланаков Дмитрий Григорьевич награжден орденом Славы 2-й степени.

В конце сентября 1944 года дивизия, вместе с другими частями 2-й ударной армии, была выведен в резерв Ставки и в октябре переброшена на 2-й Белорусский фронт. в боях за Восточную Пруссию участвовала в ходе Восточно-Прусской (в том числе и в ходе Млавско-Элибинской фронтовой) и Восточно-Померанской стратегических наступательных операций. В этих боях помощник командира стрелкового взвода сержант Буланаков за проявленные мужество и отвагу награжден орденом Красной Звезды и медалью «За отвагу».

Большая богатая усадьба на берегу Вислы называлась Гутта. Господский дом был разрушен. Во дворе, вымощенном камнем, зияли глубокие воронки, несколько срубленных снарядами деревьев образовали завал, часть решетчатого забора упала на живую изгородь и примяла её. Но целыми остались подсобные постройки: конюшня, коровник и дом прислуги.

Взвод занял оборону и первые два дня только слышал грохот боев на соседних участках плацдарма. На третий день сержант сходил к командиру роты узнать, какой будет приказ.

— Что-то мы застряли, — сказал он.

Старший лейтенант был так же расстроен бездействием.

— Приказано укрепить оборону, — сердито ответил он на предложение Буланакова наступать.

Буланаков вернулся в усадьбу и, проверив часовых, уже хотел заняться письмами домой, но раздался крик: «Танки!»

В поле, за поваленным забором, показались танки, за ними, пригибаясь, бежала пехота.

— По местам, к бою! — скомандовал Буланаков.

Бойцы бросились в траншеи, готовили оружие, и вскоре расчеты противотанковых ружей открыли огонь.

Фашисты залегли в стерне, ожидали, когда танки подавят огневые точки. Два танка шли на развалины господского дома, полагая, что там главный узел обороны. Третий танк стрелял по надворным постройкам. За ним шла самоходная пушка. Потом она остановилась и открыла огонь по саду, примыкавшему ко двору. Атака была спокойной, словно немцы знали, что перед ними всего один взвод, и думали смять его без особых усилий.

Огонь наших противотанковых ружей вначале не давал никаких результатов. Танки были далеко и приближались медленно. Буланаков приказал прекратить огонь, беречь патроны, подпустить танки ближе. На наших позициях стало тихо. Слышался лязг гусениц, гул моторов. А в развалинах, в саду и в постройках рвались снаряды, не причиняя никакого вреда взводу. Вскоре дом прислуги загорелся. Ветер с Вислы понес дым через наши траншеи над полем. Фашистская пехота, думая, что ее прикрывает эта дымовая завеса, начала приближаться короткими перебежками. По ней ударили наши автоматчики. Она снова залегла и стала окапываться. Два танка неожиданно повернули на сад, полагая, что их пехоту остановили огневые точки, расположенные там. Они были уже совсем близко и шли наискось вдоль наших позиций.

Буланаков приказал открыть огонь. После нескольких выстрелов танки почти одновременно задымили, из них стали выскакивать танкисты, но они тут же попадали под обстрел наших автоматчиков. Третий танк и самоходное орудие поспешно повернули назад, но, отойдя на середину поля, остановились и новели беглый огонь по двору усадьбы. Снаряды рвались за траншеями, все так же не причиняя вреда, а вражеская пехота, не успев окопаться, открыла беспорядочную стрельбу из автоматов и карабинов. Пули зароились над траншеями, защелкали о каменные постройки и, рикошетируя, жужжали, улетая в сторону Вислы. Бойцы взвода посмеивались:

— Лютуют, а чего — сами не знают...

— Патроны лишние расходуют, чтобы легче отступать было.

В это время пошел дождь. Горевший дом прислуги запарил и вскоре погас. Немцы прекратили огонь, видно было, как они спешат закончить окапывание. Танк и самоходная пушка продолжали постреливать, словно для того, чтобы только беспокоить наши позиции. А дождь усиливался, и скоро поле покрылось лужами.

Потом за полем показалось еще два танка. Они шли па большой скорости, за ними из-под гусениц струилась жидкая грязь. Стрелявший танк и самоходка, заревев моторами, тоже пошли на наши траншеи.

Взвод приготовился встретить их противотанковыми гранатами. Передний танк часто поворачивал то влево, то вправо, расчет «пэтээра» не мог поразить его, и он, проскочив траншеи, ушел в сад, ломая и выворачивая молодые деревья. Второй — остановился подбитый. Третий — тоже проскочил траншеи, но горел, подорванный гранатами.

Самоходка шла прямо на Буланакова. У него не было гранат. Он взглянул на расчет противотанкового ружья. Ружье лежало на бруствере, его первый номер пытался подняться со дна траншеи, залитой водой, но, схватившись за плечо, упал.

Буланаков бросился к ружью, выстрелил раз, второй, самоходка вильнула в сторону, остановилась. По ней били бойцы из автоматов, уничтожая выскочивший расчет. А прорвавшийся танк уходил по саду в сторону и был подорван соседним взводом.

Стрельба и грохот смолкли, остался только шум дождя. Траншеи заливало мутной водой. Бойцы промокли, были в грязи.

Фашисты решили выбить взвод и вновь пошли в атаку, не дожидаясь новых танков. По сигналу белой ракеты они выскочили из своих окопчиков и бросились на наши траншеи, стреляя длинными очередями. Оскальзываясь, они падали в лужи, но тут же вскакивали и снова бежали, словно спешили укрыться от дождя в уцелевших постройках усадьбы.

Взвод подпустил их на расстояние прицельного огня и заставил залечь, но через две-три минуты они опять поднялись а атаку. Взвод встретил их гранатами. Немцы отходили к своим окопчикам, не торопись, По двое, по трое.

И тогда Буланаков поднялся на бруствер.

— Вперед, за мной! — закричал он.

Взвод бросился в контратаку. Бойцы поняли своего командира, им нужно было захватить оружие и патроны врага, иначе следующую атаку они не отобьют. Натиск был стремительным и неожиданным для фашистов. Они не успели отступить до своих окопов. Началась рукопашная.

Буланаков первым подобрал автомат убитого фашиста и поливал из него бегущих. Одни падали сраженные, другие спешили поднять руки. Бой закончился, у самых окопчиков. Среди пленных оказался один офицер, а среди трофеев — несколько ручных пулеметов и ящики с патронами. «До утра хватит»,— говорили бойцы, когда собрали и принесли все в конюшню. Кое-кто ломал дощатые перегородки, разводил костры, чтобы; обсушиться. Пленных отправили к командиру роты.

Уже вечерело. Пасмурный день сменяли серые угрюмые сумерки. На поле показались новые танки, а за ними так же, как днем, бежала пехота. Это была четвертая атака. Взвод встретил ее в траншеях, залитых холодной водой, которую стягивало тонким ледком. Но как только прозвучали первые выстрелы «пэтээровцев», справа, из-за лесочка, резко хлопнули «сорокапятки», и головной танк вспыхнул ярким пламенем.

— Живем, славяне! — раздалось над траншеями взвода.

Горевший факелом «тигр» остановил другие танки. Пятясь, они ушли с поля. А потом гул моторов стал ослабевать и совсем затих.

Буланаков и бойцы едва держались на ногах. Мокрые, усталые, они хотели одного — согреться. И когда на смену пришло подразделение польской армии, они никуда не ушли — остались в конюшне у большого костра. Польские солдаты поделились с нашими бойцами сухими рубахами, портянками.


16 февраля 1945 года на западном берегу реки Висла у населенного пункта Гутта (11 км западнее города Грудзёндз, Польша) сержант Буланаков при отражении вражеской контратаки из противотанкового ружья, расчет которого выбыл из строя, подбил штурмовое орудие. Затем, когда боеприпасы были на исходе, поднял в атаку бойцов и первым ворвался в расположение гитлеровцев. Лично из автомата истребил до 10 гитлеровцев. Враг в панике отступил. В этом бою взвод под его командованием истребил до 50 вражеских солдат и офицеров и 18 взял в плен.

В одном из следующих боев был тяжело ранен – в левую лопатку. В госпитале в городе Бромберг провел несколько месяцев, здесь встретил День Победы. Только в конце июня 1945 года вернулся в свой полк, который находился в поверженном Берлине. Здесь командир полка вручил старшине Буланакову сразу две награды: медаль «За отвагу», орден Красной Звезды. А вскоре пришло известие о новой награде.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1945 года сержант Буланаков Дмитрий Григорьевич награжден орденом Славы 1-й степени. Стал полным кавалером ордена Славы.

В 1945 года был демобилизован.

В 1946 году приехал на место жительства в городе Фрунзе (ныне Бишкек, Кыргызстан). Работал слесарем на автобазе, затем фрезеровщиком на заводе «Красный металлист». Четыре тяжелых ранения сказались на его здоровье.

Скончался 18 ноября 1975 года.

Награжден орденами Красной Звезды (17.01.1945), Славы 1-й (29.06.1945), 2-й (24.10.1944) и 3-й (20.06.1944) степеней, медалями, в т.ч. «За отвагу» (18.02.1945).

Кыргызстанцы – Полные кавалеры ордена Славы


Оставить комментарий

  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent