Легенда о Баласагунском минарете


Легенда о Баласагунском минарете

БАЛАСАГУН-БУРАНА


Обширная долина, окаймленная двумя цепями гор, наполнена чистым и свежим воздухом. Сквозь него видны ближайшие и дальние усадьбы, красноватые стены построек из жженного кирпича, между зеленых крон тополей и карагачей красными пятнами выделялись когда-то купола мечетей.

Многотрудной была судьба Баласагуна. Когда-то, в незапамятные времена пришли в эту благодатную долину огнепоклонники из Согда и заложили город. В течение веков проходили новые племена и обновляли население.

Город разрастался, менял властителей. Здесь правили и тюргашеские каганы, и карлукские ягбу. В те далекие времена город звался Суяб.

Основатели великой династии «из дома Афрасиаба», потомки Бильга Кюль Кадыр-хана (т.е. Караханид) завоевали город и сделали его своей столицей. Отсюда они управляли огромной среднеазиатской империей, включавшей Мавераннахр, Фергану, Семиречье и Кашгарию. Многочисленные отпрыски этой династии, ведя беспощадную войну друг с другом, разорвали империю на части — уделы. В 1069—1070 гг. великий каганат окончательно распался на две части: Мавераннахр, что между великими реками Аму и Сыр, унаследовал Шамаль Мульк ибн Ибрахим, представитель западной ветки Хаканидов, а восточные земли остались в руках потомков Юсуфа Кадыр-хана и опять-таки фактически разделились на две половины: одной — кашгарской частью — правит Тамгач Богра-карахакан, а второй, со столицей в Баласагунс Тогрул-карахакан.

Горделиво высились стены ханской резиденции. Широкие кованые ворота плотно закрыты. Двое часовых.

Опершись на копья, обычно степенно беседуют друг с другом. За стенами дворца тишина, когда во дворце нет самого хана...

Рядом с дворцом - домом кагана — расположилась Главная мечеть - дом Аллаха. В ней, как простые смертные, молились вместе с другими верующими сами правители и члены царствующего дома. Здесь, в пятничной молитве, провозглашалась хутба в честь багдадского халифа, а иногда и в честь правящего в Баласагунс карахана.

И над мечетью, и над дворцовыми постройками возносил свою чалмоносную голову Большой Минарет - самое высокое строение в Баласагуне.

Народная молва гласят: «Некогда могущественному Правителю по имени Арслан-хан, оракулы предсказали, что единственному его сыну предстоит умереть от укуса каракурта. Испугался хан и поверил. В надежде спасти жизнь наследнику Арслан-хан построил башню и поселил мальчика вместе с матерью на самом ее верху, дабы никакая нечисть не смогла проникнуть в их покои... Однако, предсказания оракулов сбылись, ибо каракурт все-таки принес смерть,сыну Арслан-хана. Проник каракурт в башню, разумеется, случайно, в корзинке служанки, затаившись между ягодами».







Нет, говорили другие! От укуса каракурта умерла единственная дочь, но не сын Арслан-хана. На верху башни оберегал ее Арслан-хан не только от каракурта, но и от взоров назойливых женихов. Сберег хан свою дочь от женихов, да не сберег от укуса насекомого. А как умерла она — похоронил ее в той башне, где прежде прятал. И стала «башня» усыпальницей особы царской крови.

Но, это молва... А Мухаммед Хайдер-мирза, в XVI в., то есть гораздо позже, нежели в те времена, когда Баласагун процветал, в своей «Тарих и Рашиди» писал: «...В стране Чу, в одном месте, есть следы большого города: его минареты, гумбезы и медресе в некоторых местах сохранились. Так как имени этого города никто не знает, то монголы его называют Монара...». Тождество Бураны с Монарой доказывали многие. В том числе русский ученый и консул в Кашгаре Н. Ф. Петровский, известный востоковед В. В. Бартольд. Бураннский минарет известен как одно из древнейших сооружений этого рода, сохранившихся на территории Средней Азии до наших дней.

Интересное открытие было сделано учеными-археологами в южной части раскопок близ Бураны. Обнаружено каменное изваяние, принесенное, видимо, с тюркского могильника. Оно лежало вниз «лицом» на специально устроенном из камня и глины постаменте. Вокруг изваяния обнаружен мощный зольник с костями животных. Само изваяние представляет собой грубо обработанный четырехугольный камень, на одной стороне которого даны силуэтные очертания головы, лица и части туловища со следами грубых сколов. Очевидно, сколы — это преднамеренные повреждения изваяния. Можно предположить, что это изваяние было повержено и подвергнуто сколам в момент закладки фундамента минарета (а может быть и мечети) Бурана.

Эта находка как будто намекает на время возведения минарета. Древние Летописцы сообщали о нередко массовом обращении тюрков Семиречья в ислам в середине X в. В праздник жертвоприношения они закалывали по нескольку тысяч голов скота. Очень возможно, что проверенный «балбал» на месте основания минарета (или мечети) с остатками пиршества в виде костей животных и зольников связан с принятием ислама тюрками-кочевниками, так символически покончившими с языческим культом. Этот факт перекликается с известными из средневековых письменных источников случаями, когда на месте языческих храмов и христианских церквей пришедшие в среднюю Азию арабы строили мечети и при этом жгли идолов и божков. Сами же тюрки, уже принявшие ислам, по сообщению Махмуда Кашгарского, в сражениях с «неверными» уйгурами, например, разрушали буддийские храмы в городах, при этом разбивая и оскверняя «идолов».

Легенды и мифы

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 0