Ош. Медресе и его вакф


Ош. Медресе и его вакф

Пожертвование Алымбека в вакф


Примечательно, что будучи не только крупным землевладельцем, но и собственником стад скота, Алымбек- датха беспокоился и о заготовке сена (что в целом не было характерно для кочевых киргизов). Ошское медресе Алымбека имело в вакфе и сенокосные угодья. В одном из архивных документов Кокандского ханства — поименном списке представителей духовенства по Ошскому вилайету — назван и вакф медресе Алымбека, имеющий свои сенокосы. Сохранился документ бывшего ошского хакима Султан Мурад-бека об освобождении от налогов с сенокосных угодий и виноградника сына Алымбека — Абдуллабека и даже его воинов.

Как следует из вакфного документа, мутавалием — распорядителем вакфа — Алымбек указывает себя, а за-тем это право должно будет, переходить к его наследникам. Спрашивается, зачем это было нужно Алымбеку — орошать земли, покупать их, а затем жертвовать в вакф духовному учреждению? Вызвано ли это фанатизмом верующего, отдающего большую часть своей недвижимости — земли — духовному училищу, или благотворительностью— пожертвованием земли для организации обучения в медресе и обеспечения учащихся? Вовсе нет!

Если это и имело место, то лишь для повышения «авторитета» этого феодала. Суть заключалась в другом. Согласно шариату, имущество, завещанное в вакф какому-либо учреждению, не может быть отчуждаемым: его нельзя продавать, нельзя и конфисковать. Но зато оно может быть (и это было чуть ли не повсеместно) освобождено от налогов в пользу государства, правда, для этого иногда еще требовалась так называемая «обельная» грамота. То есть вакф обладал еще налоговым иммунитетом. При условии же, что распорядителем вакфа устанавливался сам жертвователь, он не только ничего не терял, но и многое выигрывал.






Во-первых, жертвователь остается распорядителем дохода с вакфных земель (хотя в самом документе и оговаривается, какой процент идет лично мутавалию, какой — на ремонт заведения, какой — на содержание учащихся и учителей).

Во-вторых, он получает гарантию частной собственности и может не беспокоиться, что она будет конфискована. (А на этом Алымбек не однажды уже обжигался, неоднократно подвергаясь опале с конфискацией имущества).

В-третьих, обеспечивается правопреемственность наследия должности мутавалия, что гарантировалось самой религией — исламом.

И, в-четвертых, при всем при этом создавалась видимость богоугодного дела — «жертвовалась» своя собственность духовному учреждению — мусульманскому медресе или мечети.

Пожертвование Алымбека в вакф оказалось оправданным. Превратности придворной жизни, соперничество и межфеодальные усобицы привели к тому, что вскоре звезда Алымбека-датхи закатилась. Новый хан Худояр конфисковал все имущество Алымбека, кроме ... вакфа.

Вакф медресе Алымбека в Оше остался неприкосновенным и распоряжение им перешло в руки потомков киргизского феодала. Первым после Алымбека мутавалием вакфа медресе стал его старший сын Джаркинбай Мирза-датха, затем по очереди другие сыновья— Абдуллабек, Батырбек, Хасанбек и т. д. Последними мутавалиями были С. Таныбеков, Мулла Байба, Мулла Исами и, наконец, Абдулмаджит Абдулхакимов, который сдал все дела нашему информатору Д. Зайнабитдинову в вакфный отдел в 20-х годах уже при Советской власти.

Правда, не все они были из родового клана Алымбека — Курбанджан, но все в той или иной степени причастны к нему. В вакф, как неприкосновенную копилку, «жертвовали» свою собственность и наследники Алымбека и Курбанджан.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 0