У нас в гостях Улан Мелисбек - Директор Кыргызпатента

[open]

Улан Мелисбек – об интеллектуальной собственности, новой кадровой политике и не ТОЛЬКО



Улан Мелисбек
Родился 31 марта 1975 года

Первоначальное образование по специальности "Экономика и менеджмент" получил в Мармарском университете (Турция, Стамбул).
Второе образование по специальности "Юриспруденция" получил в КГНУ имени Жусупа Баласагына.
Обучался во Всемирном Торговом Институте (Швейцария, Берн), Магистр международного права и экономики

Свободно владеет кыргызским, русским, турецким и английским языками.

Женат, имеет двух сыновей. Хобби - шахматы.

Является основателем ряда информационных сайтов и аналитических проектов в сети Internet. Принимал участие в разработке официально утвержденного Положения о "Порядке использования кыргызского языка в информационно-коммуникационных технологиях".

В сфере патентного права работает с 1999 года. До настоящего времени являлся патентным поверенным Кыргызского Бюро по Патентам и Товарным знакам. Оказывал широкий спектр услуг в области защиты объектов интеллектуальной собственности и представления интересов иностранных физических и юридических лиц перед соответствующими ведомствами и арбитражными судебными органами стран СНГ.

14 октября 2008 года указом Президента Курманбека Бакиева назначен директором Государственной службы интеллектуальной собственности Кыргызской Республики (Кыргызпатента).

[nas]

Уважаемый Улан,
Вы вошли в информационную политику Кыргызстана с идеями и высказываниями, которые не раз вызывали споры и дискуссии. Какие из ваших идей вы смогли успешно реализовать и есть ли результаты?
Я слышала, что в Кыргызпатенте "новая" кадровая политика. Не могли бы вы сказать, в чем ее новшество, на каких принципах она работает и оправдывает ли себя?

спасибо.

Улан Мелисбек отвечает:
Спасибо за интересные вопросы. Мое личностное и профессиональное становление происходило иначе, нежели у других представителей госсектора. Я никогда не думал о том, что стану госслужащим, и не стремился к этому. И пришел к своему нынешнему положению с иными установками, привычками и ценностными ориентирами, не совпадающими с представлениями о среднестатистическом чиновнике. Как правило, госслужащим свойственна осторожность, привычка действовать с оглядкой на начальство. Они избегают повышенного внимания со стороны СМИ, предпочитая делать свои дела втихую, без огласки, они с большой опаской относятся ко всякого рода нововведениям.
Я пришел на госслужбу из гражданского сектора, из сетевого сообщества, где приняты неформальное общение и максимальная открытость. И для меня такие специфические условности были чужды. Все это накладывало отпечаток на мое поведение и вызывало определенную реакцию в обществе – споры, дискуссии. Поначалу меня такая реакция удивляла и где-то даже огорчала. Но постепенно привык к этому, тем более, что мне не привыкать к столь пристальному и предвзятому отношению к своей персоне еще с 2005 года. Правда, за те несколько лет после 2005-го, когда я занимался учебой, получением новой профессиональной квалификации, этот иммунитет несколько ослаб, поэтому поначалу переживал в связи с некоторыми несправедливыми выпадами в свой адрес.
С другой стороны – это нормальное явление, когда в обществе присутствуют разные мнения. Вопрос только в общей культуре, в том, насколько цивилизованно мы умеем свое мнение отстаивать. Точно также нормально и появление в нашем госсекторе управленцев нового поколения, нового формата. Постепенно люди привыкнут к тому, что чиновникам не обязательно быть похожим друг на друга, что и у чиновника может быть свой «почерк», своя неповторимая индивидуальность, что чиновник может быть не просто функционером, но и человеком творческим.
Возможно, какие-то мои действия со стороны покажутся эксцентричными, неожиданными. Но если сидеть тихо, оставляя все, как есть, то перемены, которых ждет сегодня наше общество, сами собой не наступят.

Что касается реализации идей, то очевидно, здесь речь идет о тех наших идеях, которые были широко озвучены, а именно: о переделегировании администрирования национальной доменной зоны. И тут я должен в очередной раз повторить, что подобные процедуры, которые проходили во многих странах, занимают до нескольких лет. Пока идут процессы согласования, мы готовим соответствующую инфраструктуру, чтобы к моменту, когда завершатся переговоры с Международной корпорацией по присвоению доменных имен (ICANN), у нас была готова современная техническая база. От этого выиграют все пользователи Интернета в нашей стране. Установлены новые DNS-серверы, создан Центр администрирования Национальной доменной зоны. Сейчас решаем вопрос о том, чтобы привлечь к работе в Центре высококлассных программистов, которым мы собираемся предложить достойную заработную плату.
Кроме того, мне удалось добиться того, чтобы наше ведомство получило новый статус. Если раньше мы находились в структуре правительства, и это накладывало определенные ограничения на нашу работу, то теперь Кыргызпатент как ведомство, призванное охранять права обладателей интеллектуальной собственности, получило более высокий статус, что позволит более эффективно решать стоящие перед нами задачи. Мы входим теперь в экономический блок Института Президента и тесно взаимодействуем с ЦАРИИ.
С прошлого года активизировались контакты нашего ведомства на международной арене. Всемирная организация интеллектуальной собственности (ВОИС) поддержала нашу инициативу о разработке новой национальной стратегии в области ИС и предоставляет экспертную и финансовую помощь в рамках этого проекта. Важным событием стало назначение Кыргызской республики в лице нашего ведомства Региональным координатором Всемирной организации интеллектуальной собственности по группе стран Кавказа, Центральной Азии и Восточной Европы. В эту группу входит 11 государств: Российская Федерация, Беларусь, Украина, Таджикистан, Казахстан, Армения, Туркменистан, Азербайджан, Узбекистан, Грузия и Кыргызстан. До сих пор в ней практически постоянно лидировала Россия, которая выступала от имени всех этих стран. Но в этом году именно наша страна получила возможность представлять данный регион.

Если говорить о кадровой политике, то она состоит не только в привлечении специалистов «новой волны», с хорошим образованием и отличными деловыми качествами, но и в построении новых взаимоотношений в коллективе, которые строятся на корпоративной солидарности и корпоративной ответственности. Каждый новый проект, прежде чем будет принято решение о его реализации, пропускается через брейнсторминг – мозговой штурм – коллективное обсуждение, в котором принимают участие все желающие.
На призыв пополнить ряды нашего ведомства откликнулось немало молодых специалистов, которые получили образование в престижных вузах не только Кыргызстана, но и Индии, США, европейских стран, знают иностранные языки. Пришли и опытные, сложившиеся специалисты. Главными критериями отбора были профессионализм, способность генерировать идеи и воплощать их на практике. И мы уже видим первые результаты: некоторые вопросы, которые накапливались годами, находят решение, благодаря коллективным усилиям нашей новой команды. Мои коллеги понимают, что на них лежит очень большая ответственность, потому что к нам пристально, а порой и ревниво, присматриваются другие ведомства, и лучшим доказательством эффективности новой кадровой политики может стать успешность работы Кыргызпатента. Мы просто обязаны стать успешной командой.
К сожалению, у нас в Кыргызстане такие явления как непотизм, землячество, кумовство, невероятно живучи. Многие чиновники, достигнув определенного положения в служебной иерархии, начинают окружать себя родственниками, «своими» людьми. У нас единственный критерий – это профессионализм.

[meerim]

Здравствуйте, Улан мырза! Расскажите, пожалуйста, подробно о развитие интернета в Кыргызстане. Чего достигли, в чем отстали.....

Улан Мелисбек отвечает:
Здравствуйте, Мээрим! Отвечая на Ваш вопрос, признаюсь, что меня больше всего удручает то, что у нас интернет разделен на внутренний и внешний трафик. И это – главное ограничение для развития нашего интернета. В США интернет практически бесплатный. Я в США пользовался интернетом от Google. Они предоставляют пользователям не только поисковую систему, но и бесплатный доступ к интернету. Услуги интернет-трафика предоставляют телефонные и кабельные компании. Я удивляюсь, почему у нас «Ала TV» до сих пор не предоставляет доступа к Сети. Ведь есть соответствующие эффективные и недорогие технологии.
Во всем мире сегодня понимают, что коммуникации обеспечивают развитие экономики. Те компании, которые вкладывали инвестиции в коммуникации, уже давно с лихвой вернули эти средства.
Почему у нас так медленно развивается оптико-волоконная связь? Ведь прокладка такого кабеля не требует слишком больших затрат. Оптико-волоконный кабель в большом количестве производится в соседнем Китае. Дорого? Тогда что мешает нам производить его у себя? У нас есть свой кремний, сохранилась и инфраструктура по производству полупроводников, есть система подготовки специалистов в области микроэлектроники. Если государство не может этим заниматься, надо заинтересовывать бизнес, создавать для него выгодные условия. Иначе мы будем все дальше и дальше откатываться назад.
Досадно, что интернет-провайдеры не хотят понять, что, накручивая цены, они рубят сук, на котором сидят. Зарабатывайте на других платных услугах, а интернет пусть будет доступным. Тогда и пользователей станет больше, и доходы увеличатся.
Ведь интернет – это и развитие банковского дела, и рост оборота в торговле. Раз у нас нет богатых природных ресурсов, и с туризмом пока не совсем получается, то остается одно: форсировать развитие высоких технологий, IT-сектора. А пока мы очень отстаем.
И первым шагом для преодоления этого разрыва мы видим удешевление доменных имен. Такую цель ставит наше ведомство, ради этого мы и затеяли взять под свое покровительство администрирование национальной доменной зоны. Только за счет расширения доступа к созданию веб-ресурсов можно активизировать торговлю, чтобы любой мелкооптовый торговец мог открыть свою страничку в интернете. Тогда людям не нужно будет тратить время на хождение по магазинам и базарам – достаточно зайти на сайт и посмотреть образцы.
К достижениям я бы отнес то, что у нас интернет все же развит больше, чем у наших соседей, у которых государство ведет политику жесткого регулирования. Несмотря на дороговизну трафика и невысокую покупательскую способность населения, у нас очень активное интернет-сообщество. Но… все это ограничивается пределами столицы, отчасти – Чуйской долины и немного – в Ошской области. Эти границы нужно расширять.

[kun]

Уважаемый Улан Мелисбек,
В 2007 году Вы написали статью под названием «Почему я против Бакиева», затем вышла Ваше интервью в ИА 24.KG, в котором Вы публично подвергали критике действие властей и охарактеризовали Президента К.С. Бакиева. в очень неприглядном виде. При этом Вы отметили, что Президент К.С. Бакиев и Новая Власть окружила себя такими же подхалимами как А.А. Акаев в свое время. И из этого следует вопрос, что изменилось с 2007 года? Что повлияло на то, что Вы так резко изменили Ваше отношение к власти и в частности нашему Президенту?

С уважением

Улан Мелисбек отвечает:
Спасибо за Ваш вопрос, уважаемый kun! Я не отказываюсь от своих слов. Моя позиция не изменилась. Но работа в государственной структуре накладывает определенные ограничения. Публично выражать свою позицию – это прерогатива политиков и общественных деятелей. Моя же задача как чиновника – качественно делать свою работу. Организовать работу своего ведомства так, чтобы оно приносило обществу максимальную пользу. Еще в XVIII веке французский философ Мишель Монтень в своих «Опытах» писал, что можно быть убежденным противником монархии, но при этом служить при дворе. Это оправданно, когда ты служишь не персоне, а своей стране. Да, многое из того, что происходило в стране , мне не нравится. Но я искренне надеялся на то, что, работая на вверенном мне участке, смогу хотя бы на своем уровне принести пользу стране и продемонстрировать вместе со своей командой, что молодые управленцы способны изменить к лучшему лицо государственной власти, чтобы в нашем обществе, пораженном нигилизмом и безверием, научились уважать государство. Я не изменял своим принципам и никогда не пел дифирамбов Президенту, да и вообще кому бы то ни было. В отличие от некоторых политиков, которые аплодировали Акаеву в партии «Алга», потом точно так же аплодировали новой власти, но уже в партии «Ак Жол».
Если каждый из нас просто будет добросовестно делать свою работу – это уже поможет стране сделать шаг вперед. Пусть будет у нас оппозиция, и пусть она критикует власть. Но при этом имеет возможность предлагать свои альтернативные проекты. Отвергать или игнорировать такие проекты неправильно. Нельзя делить мир только на черные и белые краски, а людей - на хороших и плохих. Все намного сложнее и многообразнее.

[холивар]

Улан, почему Кыргызпатент судится со всеми подряд? Не кажется ли вам, что вы ведете себя слишком шумно?

Улан Мелисбек отвечает:
Любая активность требует преодоления сопротивления среды. Так что, если ты хочешь чего-то добиться, что-то изменить, то отсидеться в тихом углу не удастся однозначно. Не секрет, что обвинения во всех смертных грехах посыпались в мой адрес с того самого момента, когда был поднят вопрос о переделегировании полномочий по администрированию национальной доменной зоны. Инициатором этих обвинений, которые, как правило, сопровождались ложью и клеветническими выпадами, была известная персона, имени которой я здесь называть не буду. Я просто был вынужден отстаивать в суде свое доброе имя и репутацию, как это делается во всем цивилизованном мире. Если претензии обоснованны и подкреплены неопровержимыми фактами – мы будем разбираться, но голословных обвинений в мой адрес или в адрес нашего ведомства, я не потерплю. Так было, например, когда депутат Нарынбек Молдобаев во время парламентских слушаний публично заявил о том, что сотрудники Кыргызпатента проводят необоснованные проверки в видеосалонах. Мы сделали запрос, выяснили, что заявление депутата не соответствует действительности, и готовы были заявить судебный иск о защите деловой репутации. Но, к счастью, депутат признал свою неправоту и принес извинения нашему ведомству.
Пользоваться конституционным правом, чтобы отстаивать свою репутацию в суде – это нормальная практика в любом правовом государстве. Это у нас еще жив атавизм советской системы, когда судиться считалось неприличным. На самом деле такая активность граждан повышает общий уровень правосознания и, в конечном счете, способствует развитию судебной системы. Это не демонстрация силы, а демонстрация принципиальности.

[open]

Улан,

у меня следующие вопросы к вам:

1) В чем выражается по вашему пониманию "психически больное состояние общественности Кыргызстана"? Вы не задавались вопросом, что общество стало таким благодаря нашим "правителям".
2) Как Вы считаете что нужно делать для развития ИТ в кыргызстане, особенно в госсекторе?
3) Готовы вы ли сделать возглавляемое вами ведомство ярким примером в использовании новых управленческих и ИТ-технологий?

спасибо!
Тимур

Улан Мелисбек отвечает:
Здравствуйте Тимур! Попробую ответить по порядку на Ваши вопросы.

1. Когда живешь достаточно долго в стране с устоявшимися демократическими традициями, а потом резко погружаешься в наши сегодняшние реалии – происходит определенная реакция, и первая реакция – неприятие, отторжение такого положения дел. Мне казалось странным, а подчас и смешным то, какие вопросы обсуждаются в обществе, стоят в повестке дня. Поражало, до чего они искусственны и неактуальны. Поражала и неадекватная реакция общества, которая строилась на каких-то частных или узкогрупповых, мелких интересах. Наше общество занимается игрищами, живет этими игрищами. Общественное сознание мифологизировано и оторвано от реальности. Поражает, насколько управляемым может быть наше общество, когда небольшая группа людей дергает за ниточки, манипулируя общественным мнением. И люди готовы подпевать этим дирижерам, не давая даже себе труда вникнуть в смысл происходящего.
В США, например, где свобода слова ни у кого не вызывает сомнений, ни один телеканал не мог в принципе стать трибуной для такого персонажа, как Мотуев. А у нас – пожалуйста. Вот отсюда и пришло такое суждение. Общество – это живой организм. И мы можем говорить о его психическом здоровье так же, как и о здоровье отдельного человека. И я, к сожалению, пока вынужден подтвердить свое мнение: наше общество сегодня нельзя назвать душевно здоровым, если оно допускает, что можно решать какие-то свои проблемы с помощью взяток, что можно продавать свои голоса на выборах и так далее. То, что мы в свое время называли свободой и демократией, на поверку оказалось отсутствием элементарного порядка и правосознания.
Не отрицаю, что в этом повинна и власть. Но не зря говорится, что народ имеет таких правителей, каких он заслуживает. И так будет до тех пор, пока общество не достигнет определенной зрелости. Мы все участвуем в этой игре, поэтому в равной степени несем ответственность за то, что происходит в стране.

2. Отчасти я уже ответил на этот вопрос. Добавлю, что государство должно занимать более активную позицию в развитии IT- сектора. Прежде всего, нужно добиться отмены разделения трафика на внутренний и внешний, найти деньги для того, чтобы провести оптико-волоконную связь между основными населенными пунктами.
Если говорить об электронном правительстве, то на данный момент это, к сожалению, нереально. Я против того, чтобы под громкие лозунги об электронном правительстве тратились огромные деньги, в то время как в стране еще нет необходимой инфраструктуры. Когда этот вопрос будет решен – другое дело.
Другой важный момент – надо обучать кадры, готовить высококлассных специалистов, создавать для них привлекательные условия, чтобы не уезжали за рубеж. Если государство сегодня не может обеспечить программистов серьезными заказами, то мы могли бы принимать заказы от других государств. Так делается сегодня в Индии, чьи специалисты сегодня обслуживают IT-сектор США. Есть такие фирмы в Казахстане, начинают появляться и у нас, но пока я знаю лишь одну такую компанию.
Не так давно была озвучена идея о создании в Кыргызстане Технопарка. Признаться, я отношусь к ней со скепсисом, потому что за это дело берутся люди, которые не вполне разбираются в особенностях высоких технологий.
Надеюсь, что со сменой поколений в госсекторе это движение пойдет быстрее. Чем больше здесь будет людей, обладающих современными знаниями, тем скорее наступят перемены.

3. Это уже происходит. Мы начали эту работу, не дожидаясь каких-то крупных капиталовложений, как это было в наших силовых ведомствах, которые получили солидное финансовое подкрепление на эти цели. Мы, например, сегодня ведем переписку по электронной почте под доменным именем своего ведомства. Ввели автоматизированную систему делопроизводства, и это экономит для наших сотрудников массу времени. Сейчас завершается работа по введению автоматизированной системы подачи заявок на регистрацию товарных знаков и знаков обслуживания. Теперь, например, патентные поверенные могут подавать такие заявки в режиме online, не выходя из своего офиса, а потом отслеживать их прохождение. Это не только ускоряет процедуру, но и делает ее прозрачной.
Ежегодно обновляем компьютерный парк, обеспечили всех сотрудников ведомственной мобильной связью. Меняются и управленческие технологии, и сам стиль управления – более демократичный. Мы уходим от бюрократических процедур и традиционной иерархии во взаимоотношениях с сотрудниками. Решения принимаются на коллективной основе, в том числе путем проведения «мозговых штурмов», в которых принимают участие все желающие, и каждый может быть уверен, что его голос будет услышан. Словом – в полной мере осваиваем корпоративную культуру.
Наконец, Интернет, Интранет, распространение информации о работе ведомства на популярных сетевых ресурсах (Дизель, Твиттер) и так далее.

[open]

господин Улан Мелисбек,
Представляя в парламенте Закон об авторском праве депутаты спрашивали вас о том, почему Кыргызпатент взял выжидательную позицию по вопросу включения эпоса Манас в мировой реестр нематериальных ценностей ЮНЕСКО от КНР, на что вы утвердительно ответили что " фольклор не может быть предметом авторского права",
тем не менее в марте 2010 года ЖК КР принял Постановление, которое поручило Правительству создать реестр нематериальных ценностей, таких как эпос Манас, и внести его в ЮНЕСКО от Правительства КР, согласно модельному закону ВОИС, где говорится, что фольклер является предметом авторского права отдельного государства, как вы это прокомментируете?

Алишер Мамасалиев

Улан Мелисбек отвечает:

Уважаемый Алишер! Фольклор не может быть предметом авторского права. И постановление, которое принял Жогорку Кенеш по эпосу «Манас», особенно его 3-й пункт, можно отнести к разряду правовых казусов. По этому поводу мы уже направили письма в Жогорку Кенеш и правительство, где настаиваем на исключении этого пункта. Дело в том, что модельный закон Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), о котором я рассказал во время известных парламентских слушаний депутатам, на сегодня находится лишь в стадии обсуждения. У нас принят закон о традиционных знаниях, но фольклор к традиционным знаниям не относится. И сейчас в Женеве идут споры вокруг модельного закона о фольклоре. Я был в Женеве на сессии ВОИС и принимал участие в обсуждении закона, видел, какие полярные высказываются мнения. Так что не факт даже то, что такой закон будет принят. Так что ссылаться на проект международного документа, который находится в стадии обсуждения, а тем более принимать его за основу для разработки законодательных актов, по меньшей мере, некорректно. Кстати, даже закон о традиционных знаниях ратифицировали на сегодня лишь несколько стран.
Фольклор не имеет никакого отношения к авторскому праву, потому что закон об авторском праве регулирует права конкретных людей, ныне живущих, либо их наследников в течение 50 лет. После истечения этого времени созданные ими произведения становятся достоянием всего общества. Фольклор является достоянием всего народа, и не надо притягивать его «за уши» к законодательству в сфере авторского права. Чтобы понять это, достаточно зайти на сайт ВОИС или на сайт Кыргызпатента и посмотреть тексты опубликованных там законов.

[open]

Улан добрый день!

Мне интересно ваше мнение. Вы теперь в государственной службе и можно сказать вы стали "чиновником". Наверное уже успели понять что такое госслужба и какого быть чиновником в нашей стране. Расскажите про свои впечатления о госслужбе, о его плюсах и минусах, чего не хватает этой государственной машине, для того чтобы быть простым и работать во благо народа.

Айбек Орозалиев, госслужащий

Улан Мелисбек отвечает:
Айбек, я уже выше останавливался на некоторых моментах, связанных с особенностями государственной службы, в частности, в нашей стране. Добавлю только, что я не люблю самого этого слова – «чиновник». Это слово досталось нам в наследство еще от царской России и давно уже нам пора перейти к западной интерпретации понятия «госслужащий» - public servant, слуга общества. К сожалению, неразвитость экономики и недостаточно высокий престиж предпринимательства в нашей стране, как и в других странах переходного периода, обособляет госслужащих в некую особую касту. И это ненормально. Госслужащий должен быть, прежде всего, специалистом, профессионалом в такой достаточно узкой области, как государственное управление. И он должен обладать не только определенными навыками, но и личностными качествами.
Именно те люди, которые зарабатывают себе на жизнь, занимаясь бизнесом, сумели организовать свое дело – заслуживают почета и уважения, именно на предпринимателях держится экономика страны. В нашей же стране еще нет достаточного уважения к частной собственности и где заниматься бизнесом порой небезопасно. Потому многие и рвутся к чиновничьим креслам, где нет такого риска и ответственности, как в предпринимательстве. Чиновники не создают материальных благ. Их задача – создавать условия для тех, кто способен и имеет желание этим заниматься.
Для одних госслужба – это, прежде всего, привилегии, положение в обществе. Для других – это относится, прежде всего, к представителям молодого поколения управленцев – это возможность для самореализации, возможность внести свой вклад в развитие общества.
На самом деле это большая ответственность и нелегкая ноша – быть постоянно на виду, отвечать каким-то ожиданиям. К молодым всегда особенно пристальное внимание: говорить-то он умеет, а что может сделать реально полезного? Поэтому приходится выкладываться. У меня практически нет времени на личную жизнь. Первое время, когда было особенно сложно, изредка позволял себе в свободные часы посещать бары, однажды выбрался на дискотеку. Но увидел странную реакцию: на меня оглядывались, за моей спиной шептались… Поэтому начал себя ограничивать в выходах на публику. Это, пожалуй, минус, поскольку по натуре я человек общительный.
Но этот минус перекрывается таким огромным плюсом, как шанс участвовать в истории своей страны, в становлении новых принципов и технологий государственного управления, пусть даже в рамках отдельного ведомства. Я благодарен своей судьбе за этот шанс. Мне не нужны привилегии или какие-то почести. Например, я никогда не задерживаю водителя, если мне нужна служебная машина после рабочего дня – сам сажусь за руль.
Но зато у меня есть шанс повлиять на изменение системы, изменения нашей государственной машины, которая сегодня, к сожалению, еще представляет собой атавизм советской системы. У нас сегодня власть закрыта от народа, преобладают громоздкие бюрократические процедуры, решения принимаются непрозрачно, и они зачастую непонятны простым гражданам. Грузии, например, удалось эффективно адаптировать западные стандарты госуправления, и уже одно это позволило в разы уменьшить коррупцию в стране. А чем мы хуже Грузии?

[open]

Блиц-опрос проекта “Открытый Кыргызстан”:


1. Кто Вы по знаку зодиака?
- Овен. Причем, типичный представитель этого знака, хотя и скептически отношусь ко всяким гороскопам.

2. Какое у Вас хобби?
- Шахматы, книги, серфинг, пейнтбол, Интернет, общение с друзьями, выезды на природу

3. Каковы Ваши приоритеты в еде, какую кухню предпочитаете?
- Поскольку я долго жил в Турции, а турецкая кухня вбирает в себя кулинарные традиции всего Средиземноморья, то могу себя назвать поклонником средиземноморской кухни, которая богата морепродуктами, овощами, сладостями. В США – совсем другая культура питания. И это не только пресловутый фаст фуд. Это и латиноамериканская, китайская, японская кухня.

4. Кто Ваш любимый автор?
- Это отдельная большая тема. В разные периоды жизни у меня были свои предпочтения. Например, классика, книги Толстого, Айтматова. В студенческие годы увлекался книгами Карлоса Кастанеды, который открыл совершенно новый взгляд на мир, отличный от привычных материалистических представлений. В период жизни в США под влиянием супруги увлекся фэнтези, прочел и книги Дэна Брауна, хотя и не являюсь поклонником развлекательной литературы. С большим интересом прочитал книгу Барака Обамы, которую он написал задолго до того, как стал президентом. Ее название переводится примерно как «Тщетные надежды». Он уже тогда, будучи молодым сенатором, имел большое влияние на умы американской интеллигенции. С интересом читаю и так называемую прикладную литературу. В этом смысле мне во многом помогли книги Роберта Кийосаки – американского предпринимателя японского происхождения, который разработал целую систему грамотного управления деньгами. Там же, в США, читал на английском и «Майн кампф». В России сейчас хотят запретить эту книгу, но почему современный образованный человек должен знать, в том числе и об этой странице Всемирной истории, только опираясь на официальную их трактовку? Ведь чтение – это, прежде всего, осмысление. И мне хочется понять, почему идеи Гитлера в свое время овладели умами тысяч людей, да и сегодня находят своих сторонников.
Люблю поэзию, русскую. Пытался читать Шекспира на английском, но воспринимаю поэзию во всей ее полноте только на русском. Не могу исключить из этого списка Булгакова. Люблю Стругацких. Пожалуй, этот список можно продолжить, но тогда он займет слишком много места.

5. Сожалеете ли Вы о чем-либо?
- Сожалею о том, что в силу разных причин не смог реализовать себя в некоторых областях, где я чувствовал себя способным сказать свое слово. Например, я неравнодушен к музыке, немного играю на гитаре, люблю петь. Но не было возможности заняться этим вплотную. Есть творческие идеи. Например, сюжет для фильма.

6. О чем Вы мечтаете?
- Мечтаю о том времени, когда можно будет не хвастать, а просто гордиться реальными достижениями на благо страны. Мечтаю, чтобы в нашем обществе было меньше скандалов и больше созидания. Мечтаю оставить о себе реальные дела и добрую память, создать что-то стоящее, хотя бы в рамках Кыргызпатента. Может быть, это будет некая модель современного, эффективного и прозрачного государственного ведомства, чьему примеру последуют и другие.

7. Какие качества Вы больше всего цените в людях, и что для Вас неприемлемо?
- В людях ценю открытость. Фальшь чувствую издалека и предпочитаю держаться подальше от закрытых и неискренних. Люблю людей созидательных, креативных, ответственных, коммуникабельных. Именно таких стараюсь привлечь в свою команду. Конечно, все мы несовершенны, но если у человека есть вышеозначенные качества, если они способны и искренне хотят приносить пользу делу, я даже готов закрыть глаза на некоторые недостатки.

8. Назовите три самые важные события в Вашей жизни?
- Наверное, это моя первая серьезная победа на республиканской олимпиаде школьников по информатике. Моими соперниками были старшеклассники из лучших столичных школ. А я учился в 6 классе, в Кочкорке. Это была трудная победа, но она наложила отпечаток на всю мою дальнейшую жизнь, придала уверенности в себе. И эта уверенность всегда помогала мне в достигать своих целей. И, в конечном счете, именно отсюда начался мой путь к сетевым проектам, где мне и удалось реализовать себя наиболее полно.
Второе знаковое событие – это то, что я прошел отборочный конкурс и попал сразу же после школы на учебы в Турцию. Здесь происходило мое становление как личности, здесь я узнал иную жизнь, впитывал ценности либеральной экономики, здесь я познакомился со многими интересными людьми.
Наконец, это американский период моей жизни и все, что с ним связано.

9. Что лично для Вас значит словосочетание «открытый Кыргызстан»?
- Думаю, что открытая страна – это значит – привлекательная и для самих ее граждан и для тех, кто к нам приезжает делать бизнес, трудиться или отдыхать. И пусть наше традиционное гостеприимство станет визитной карточкой страны. Нужно максимально упростить все процедуры для въезда в Кыргызстан. И убрать все бюрократические препоны на пути инвесторов.
Мы живем в век информационных технологий, и уже это предопределяет движение к максимальной открытости. Я надеюсь, что уже в ближайшее время у нас заработает электронное правительство, что Интернет станет доступнее для наших граждан, и что они смогут не только получать в Сети любую интересующую их информацию, но и взаимодействовать с властями на всех уровнях, заниматься электронной коммерцией.