Киргизские укрепления

15 декабрь 2014 /
Киргизские укрепления


Археологическое изучение кокандских крепостей и архивных источников позволяет нам говорить сейчас с уверенностью о существовании киргизских крепостей.

Долгое время эти сведения, особенно архивных источников, не привлекали внимания историков. Считалось как-то само собой разумеющимся, что кочевники, не имевшие прочной оседлости, не могли иметь и своих крепостей. Отдельные, вскользь упомянутые в дневниках и отчетах путешественников смутные сведения о «курганах» и «курганчиках» у киргизов, всерьез не воспринимались. Пока не были проведены специальные археологические раскопки в долине Кетмень-Тюбе, а потом и не сведены воедино все сохранившиеся письменные данные.

Правда, уже в ходе полевых исследований конца 40-х годов этого столетия известный советский археолог А. Н. Бернштам, описывая развалины центрального тянь-шаньского укрепления Чолок-Коргон, отнес его к памятникам уже киргизского фортификационного искусства, которых, как он отметил, было очень незначительное количество.

Характеризуя оседлые поселения Таласской долины, другой археолог — П. Н. Кожемяко вскользь упомянул о некоем укреплении киргизского батыра Чыныке, развалины которого датировал XVIII—XIX вв.

Первые раскопочные работы на памятнике та¬ого рода были произведены в 1973 г. В. Д. Горячевой и В. М. Плоских в ходе спасательных археологических исследований в зоне затопления Токтогульского водохранилища. Этим объектом было укрепление, которое местное киргизское население называло Улуг-Коргон, кокандцы — Кетмень-Тюбе, известно оно было по письменным источникам и как Узун-Ахмат, ибо стояло на одноименной речке Кетмень-Тюбинской долины.

Были расчищены стена и одна из башен, два помещения, крепость снята на план, восстановлена внутренняя планировка. В результате обследования ученые пришли к заключению: при строительстве крепости широко использовались многовековые среднеазиатские традиции, прослеживается также преемственность местной позднесредневековой крепостной архитектуры.

Крепость была сооружена киргизами в XVIII в., т. е. еще до кокандской колонизации, и функционировала первоначально как родоплеменное укрепление, ставка кетмень-тюбинского феодала (кстати, был упомянут и один из таких феодалов, оказавший сопротивление кокандцам при завоевании долины — некий Сатыке). С завоеванием Кетмень-Тюбе кокандским ханством старая киргизская крепость расширяется и укрепляется, приобретает законченные формы, которые характерны для подобного рода фортификационных сооружений Кокандского, Бухарского и Хивинского ханств XVIII—XIX вв.

Со времени добровольного вхождения Киргизии в состав России крепость перестала функционировать, пришла в запустение и в результате землетрясения 1946 г. окончательно разрушилась.

Авторы упоминают также о небольшой киргизской крепости таласского манапа Садыра, возведенной в XVIII в. ниже Баутерек-Арыка. Садыр известен по источникам как крупный таласский феодал, активно участвовавший в 60-х годах XVIII в. в межфеодальной борьбе с казахами и попавший в конце концов к ним в плен.

Судя по опросным материалам XIX в. в кокандское время в Таласской долине собственное укрепление имел также местный киргизский феодал Нурек Аджибеков. В 1843 г. иссык-кульским манапом Боромбаем в верховьях р. Джуука было построено укрепление Кызыл-Ункур. Коргон возле Пишпека имел манап Байтык; на Сан-Таше Ормон-хан возвел свой Чон-Коргон, манап Рыскулбек — в Кетмень-Тюбе.

Сведения о киргизских укреплениях Ормон-хана на Сан-Таше и Боромбая на р. Джуука мы находим в письме Боромбая к приставу Перемышльскому от 16 августа 1855 г. В нем говорится: «По дороге из Алматов к кочевьям киргизов рода богу (вероятно, на Сан-Таше —Б. Д.) был «урмановский курганчик» (крепость Ориона. — Б. Д.) и один порядочный курган сартов (т. е. кокандцев), подведомственный пишпекскому коменданту». В этом письме он сообщает также, что на Иссык- Куле на р. Джуука есть 2 «курганчика».

Хорунжий Лучшев в рапорте от 2 октября 1855 г. приставу Перемышльскому писал, что «кокандский курган» на Сан-Таше (длиной 60 сажен, в поперечнике 40 сажен, высотой до 4 аршин, с лицевой стороны обнесен канавой, с остальных сторон — рвом) был срыт в 1855 г. Это произошло во время похода к киргизам казачьего отряда хорунжего Лучшева, который сопровождал возвращавшегося из Верного киргизского посланца манапа Качибека.

Техника строительства как киргизских укреплений, так и кокандских крепостей являлась однотипной и, по мнению А. Н. Бернштама, была воспринята, видимо, от узбекских мастеров. Во всяком случае, Бернштам абсолютно прав, когда считает, что «технические конструктивные приемы этих построек несут в себе отголоски различных строительных приемов, зачастую воскрешая мастерство глубокой архаики».

Специальные археологические обследования, обращение к архивным документам, дневникам и запискам путешественников XIX столетия позволяют утверждать, что киргизы имели укрепления еще до кокандской колонизации, но они не выдержали испытание временем и, естественно, не дошли до наших дней. Кокандские же власти, как отмечает В. М. Плоских, не поощряли строительства собственных киргизских укреплений, поэтому не встречалось ни одной киргизской крепости, относящейся к первым годам кокандского владычества. По мере возрастания своей роли и могущества киргизские феодалы начинают возводить и свои укрепления: сначала в качестве административных пунктов, а затем и как собственных феодальных ставок, уже не связанных со службой Коканду. Однако, как кокандские, так и киргизские крепости оказались недолговечными.

С добровольным принятием в январе 1855 г. иссык-кульскими киргизами российского подданства, на Чу был направлен небольшой казачий отряд с ракетным станком, который должен был курсировать между Чу и Верным, не допускать нападения кокандских отрядов на уже подведомственных России казахов и иссык-кульских киргизов. Имевшиеся здесь кокандские и киргизские укрепления только мешали этому и потому были разрушены. Вообще, по мере поэтапного добровольного принятия киргизами российского подданства такие укрепления либо разрушались, либо приходили в запустение. Возникавшие после поселения русско-украинских переселенцев и оседавших киргизов не требовали уже возведения громоздких и неэффективных крепостных стен и вообще укреплений как таковых. Но-вые общественные отношения, получившие развитие в Киргизии с добровольным вхождением в состав России, породили новые типы жилищ. Здесь стали возникать города.

Популярные новости
Крепость Куртка
Категория: История / Исторические хроники
Читать полностю →
Крепость Куртка
Особенно много сведений в литературе содержится о кокандской крепости Куртка, с которой связаны события 30-х годов прошлого века, когда киргизский народ начал национально-освободительную борьбу
Крепость Чолок-Коргон
Категория: Достопримечательности
Читать полностю →
Крепость Чолок-Коргон
Крепость Чолок-Коргон расположена она в двух с половиной километрах к северу-востоку от села Конорчок Ак-Талинского района. Крепость прямоугольной формы (35 X 40 м). По углам выступают 4 башни —
Кокандские и киргизские укрепления
Категория: История / Культура
Читать полностю →
Кокандские и киргизские укрепления
Целое столетие (со второй половины XVIII до второй половины XIX в.) история Киргизии была неразрывно связана с Кокандским ханством. И все это столетие киргизский народ неустанно боролся, сначала
Комментарии

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
  • winkwinkedsmileam
    belayfeelfellowlaughing
    lollovenorecourse
    requestsadtonguewassat
    cryingwhatbullyangry
Введите два слова, показанных на изображении: *